— Я не смогу принять деньги отца и его титул, пока не отомщу за его смерть этой твари Маргарет, этой убийце! А потом, когда выполню свой сыновний долг, мы заберем его наследство и уедем в американские колонии. Мэг, мы купим там землю, откроем какое-нибудь дело и заживем счастливой жизнью! — На взволнованном лице Кинкейда появилась улыбка. — Мэг, верь мне, у нас с тобой все будет хорошо!
Мэг снова отвернулась к шкафу и принялась торопливо складывать в корзину вещи, предназначенные для стирки в маленькой прачечной, которую Кинкейд и Мэг помогли Сэйти взять в аренду. Что она могла ему сказать?
— Тебе надо принять ванну, Кинкейд. Скажу Аманде, чтобы согрела воды. А потом… мне надо будет ненадолго отлучиться в прачечную к Сэйти. — Мэг подняла с полу корзину. — Я скоро вернусь, а ты пока отдыхай.
Кинкейд подошел к ней и обнял ее за плечи.
— Мэг, еще раз прости меня за вчерашнее! — попросил он. — Я виноват перед тобой. Наверное, мне надо было сразу сказать тебе, куда я поехал… — Он вздохнул и положил голову ей на плечо. — Не сердись на меня, любимая.
У Мэг потемнело в глазах. Мысль, что она может потерять дорогого ей человека, была непереносимой. Жизнь, настоящая жизнь, с любимым, только начавшись, рушилась на глазах.
Она направилась к двери.
— Мэг! — окликнул он ее. — Я боялся раньше рассказать тебе об отце, я… боялся, что ты не будешь меня любить!
Она остановилась.
— Почему?
— Мой отец всегда внушал мне, что меня никто никогда не полюбит, — признался Кинкейд. — Он говорил, что я не заслуживаю любви!
Мэг только тихо вздохнула:
— И ты в это верил…
Мэг только что закончила рассказывать Сэйти печальную историю своей жизни. Она, работавшая прежде в доме мамаши Гудвин, была единственной знакомой Мэг, которой она доверяла.
— Ну и дела! — Сэйти покачала головой. — Какие же страдания выпали на вашу долю!
Она взяла льняную мужскую рубашку и опустила ее в корыто с горячей водой.
Из глаз Мэг полились слезы.
— Наверное, мне не следовало нагружать тебя своей историей. — У тебя ведь и своих забот хватает! Но мне было необходимо с кем-то поделиться, а кроме тебя, у меня никого нет.
Сэйти улыбнулась и ласково дотронулась до ее плеча.
— Мэг, вы все правильно сделали. Теперь вам будет легче! Знаете, — голос Сэйти стал жестким, — я тоже убила бы этого негодяя — вашего мужа! Я рада, что вы расправились с ним! Так ему и надо!
Мэг вытерла слезы.
— Знаешь, меня преследует злой рок! Ведь у нас с Кинкейдом все так прекрасно складывалось! Мы влюбились друг в друга с первого взгляда, он хотел жениться на мне, иметь детей… А что теперь? Все рушится.
Сэйти принялась за стирку льняной рубашки. Она энергично терла ее, взбивая в воде большую мыльную пену.
— Вы говорите, что Кинкейд любит вас…
Мэг кивнула.
— Если он любит вас… Так расскажите ему, что убили его отца, защищая себя и своего сына! Он поймет все правильно и простит! А потом, когда все уладится, вы получите деньги его отца и уедете в Америку.
Мэг тихо всхлипнула.
— Нет, Сэйти, ничего не выйдет. У меня не хватит мужества.
— Но почему? — воскликнула Сэйти. — Он все поймет, Мэг!
— Я не уверена в этом. Он возненавидит меня, будет презирать…
— Но вы же защищались!
Мэг покачала головой.
— Его дядя представил меня хладнокровной убийцей. Он не сказал, что его брат-негодяй лишил жизни своего новорожденного сына! — Она немного помолчала. — Граф — очень страшный человек. Я… боюсь его.
Сэйти принялась с ожесточением отжимать выстиранную рубашку.
— Мэг, вы должны доверять Кинкейду! — порывисто воскликнула она. — Вы же любите друг друга!
Мэг поднялась из-за стола и стала нервно прохаживаться по прачечной.
— Понимаешь, Кинкейд очень тяжело переживает смерть отца. Да, он называл Филипа негодяем, но теперь, когда тот умер, оставив ему наследство, он считает себя его должником! Кинкейд поклялся непременно отыскать убийцу… меня… и отомстить за смерть отца!
Сэйти задумчиво кивнула.
— Да… — протянула она. — Такое случается в жизни… Сначала ненавидел и презирал, а потом полюбил! — Она участливо взглянула на Мэг. — Да, уж и не знаю, как вам лучше поступить… — Сэйти! У меня язык не повернется признаться ему. Я разобью его сердце, ведь он так меня любит! Нет, это невозможно!
— Мэг, не забывайте: ваш муж лишил жизни новорожденного! — крикнула Сэйти. — Вы правильно убили этого негодяя! Вы отомстили за сына и защищали свою жизнь!
— Да, Сэйти, это правда, но я все равно не смогу рассказать об этом Кинкейду! — возразила Мэг.