Вик сразу оценил ситуацию, подошел, присел за их столик, и на вопросительный взгляд обоих медленно промолвил:
- Какая жалость, что нет фортепиано: можно было бы отхватить кадриль. Сударь, - обратился он к хирургу, - Вы желаете заключить брак с этой прекрасной дамой? Но учтите, она обещала и мне подобное. Видно, что хорошее дело браком не назовёшь, а это означает, кому-то из нас придется…
- Подождите, милейший, или, как вас там, бывший, - перебил решительно Вика жених с севера, - меня совсем не интересует прошлое моей милой избранницы. Важно, что сейчас она со мной, и я не кадрюсь, да и вообще не танцую.
- Стоп, уважаемые представители сильного пола, а меня вы не хотите спросить ни о чем? Я сама буду решать свою судьбу. И я, насколько говорит мне моя память, никому ничего не обещала.
- Извините, милая леди, позвольте вас на одну минуту, - Вик взял Леру под руку, и, не дожидаясь реакции визави-конкурента, отвел её в сторону.
- Что вы себе позволяете? Прикатили, наговорили. Уезжайте немедленно. И вообще, мне не до вас. У меня брат болеет.
- Я все понял. Но дай мне слово, что ты вернешься и вернешься одна?!
- Конечно, вернусь. Конечно, одна. Уезжайте, я вас умоляю.
Вик нежно привлек Леру к себе, она не сопротивлялась. Поцеловал её в губы и вышел из кафе. Лера медленно, растерянно вернулась за столик и виновато посмотрела на врача. Хирург поднял бокал с вином:
- Вы можете мне ничего не говорить. Я по глазам вижу, что вы его любите, - выпил залпом вино, встал, расплатился и вышел.
Вик: На одной волне.
Прошло два холодных дня после того, как я прилетел с севера. Зима заметала снегом все хорошее и плохое в памяти. Я уже не знал, что и думать. Когда она вернется? Аэропорты замело, и телефон мой запылился. Утром, просыпаюсь, а думаю о ней. На третий день не выдержал, все же послал ей на телефон СМС:
- Я думаю о тебе. Как ты там, на севере, не замерзаешь? Как брат?
- Так бывает редко, но именно в это время я подумала о вас. Спасибо, брату стало неожиданно лучше.
- Я чувствую тебя каждой клеточкой, как будто ты рядом. И постоянно разговариваю с тобой.
- Я тоже вас чувствую. Мы далеко и в то же время близко. Мы не даём друг другу спокойствия, потому что всегда с тобой ощущение, как будто рядом. Это, действительно, чувствуется физически. Какое-то наваждение.
- Я мысленно целую тебя, в объятиях, вдыхаю твой нежный запах.
- А я сейчас так устала, что просто хочу к вам прижаться и поцеловать.
- У нас, наверное, получилось одновременно. Я чувствую твое тепло и даже влагу на губах от поцелуя.
- Милый мой профессор, а сколько нам лет, вы не знаете?! Услышал бы нас кто.
- Сейчас уже я ничего не знаю, наверное, мы молоды душой, а тело вслед всегда подстраивается.
- Действительно, души не знают ни границ тела, ни времени, ни возраста.
- Летают по всей Вселенной. Где мысль, - там и душа. Наши нежные мысли тёпленьких душ соприкоснулись, чтобы не замерзнуть, где-то в северных сияниях холодных небес.
- Мне, наверное, Бог посылает то, чего не дал ранее. Спасибо, что вы рядом. Мне очень хорошо и спокойно.
- Мне тоже. Давай, несмотря ни на что, дарить друг другу такой покой!
- Мы сегодня оторвемся друг от друга? Мой милый профессор, зарядились на несколько дней вперед. Работайте уже спокойно. У Вас много дел. Лекции. Студенты. А я буду держать за вас кулачки.
- Хорошо, моя милая Лерочка. А я буду всю тебя держать крепко.
- Только не отпускайте. Мне очень нужна сейчас ваша поддержка.
- Держу, милая, и целую. До встречи.
Лера: Зачем я ему.
Здесь на севере, пока выдалась тихая минуточка отдыха, пока брат спит, и ему становится все лучше и лучше, хочется повспоминать наши прикосновения с Виком. Это так согревает. И выпить чаю, погорячей, как наши с ним поцелуи.
Особенно сладкой была последняя наша встреча, короткая, всего лишь сутки, но нежная. Твои слова заворачивают душу в теплое, нежное одеяло. Я верю им, когда мы вместе. Но когда тебя нет рядом, вся моя вера испаряется. Я не перестаю задавать себе один и тот же вопрос: для чего Бог наградил меня этим счастьем? Почему я оказалась на его пути или он на моём? Ясно одно, я становлюсь другой, более спокойной и мягкой. Происходит укрощение вздорных мыслей, моей словесной мути. Я как будто очищаюсь от прошлых негативных мыслей, обид, поступков. Но очень трудно совладать с собой в одиночестве, тут же всплывает Лерка.
Ну вот, брату совсем стало хорошо, можно уезжать домой. Мавр сделал свое дело, мавр может быть свободен. Ухаживать за больным тяжкий труд – это я поняла сразу. Но все уже позади. Врачи признали, что был ошибочный диагноз, произошло чудо. Моя Фея любит чудеса, и в последнее время они происходят все чаще и чаще.