— Сожалею, но ничем не могу помочь. Дон Мигель уехал три месяца назад, а я был слишком расстроен личными неурядицами, чтобы узнать, куда он отправился.
— Значит, вам неизвестно, где он может быть?
— По-моему, дон Мигель все еще на Карибских островах. У него там какое-то дело, которое он хочет решить перед возвращением в Испанию.
— Не сказал случайно, какое именно? — с надеждой спросил Тристан. — Возможно, я бы сумел отыскать его.
— Сомневаюсь, месье Матисс. Дон Мигель вряд ли задержится надолго в каком-нибудь порту, — ответил Пьер. — А сейчас позвольте пожелать вам доброй ночи — меня ждут.
— Конечно, — кивнул Тристан и, повернувшись, направился к своему столику. Улыбка на губах мгновенно исчезла, в глазах плясало синее пламя.
— Удивительно, как это ты не схватил его за горло и не потребовал признаться, спал ли он с Беттиной! Ты ведь хотел этого, так ведь? — прошипел Жюль.
— Да, но правды он все равно не скажет!
— Я слышал, что ты ему плел. Дурак! Неужели не заметил, какое у него сделалось лицо, когда ты сказал, что ищешь дона Мигеля. Удивляюсь, если он поверил твоим сказкам! По-моему, граф догадался, кто ты.
— Наверное, — сухо кивнул Тристан… — Говорил тебе, беспокоиться не о чем!
— Да, но ты попусту рискуешь! Мы по-прежнему не знаем, где Бастида. Можно всю жизнь болтаться в море, но так и не найти его!
— Значит, хочешь сдаться?
— Ну, неплохо бы возвратиться на остров, хоть ненадолго, — отозвался Жюль.
— Мы отплыли только месяц назад и пока зашли в четыре порта. Если же сильно тоскуешь по жене, нужно было остаться, как я просил.
— Я не волнуюсь за их безопасность. Жоко и остальные, кого мы оставили в порту, смогут их защитить. Но не я один скучаю по дому, вся команда — тоже, включая и тебя, друг мой. Ты ведь не только ради Бастиды приехал сюда! Хотел увидеть жениха Беттины. Разочарован, потому что граф молод и красив?
— Почему это должно волновать меня? — спокойно осведомился Тристан, но тут же неожиданно взорвался:
— Какого дьявола он делает в поганом борделе?! Будь я на его месте, обыскал бы каждый остров! А этот валяется в постели шлюхи! Бьюсь об заклад, и пальцем не пошевелил, чтобы найти Беттину!
— Именно этого ты от него хочешь? Чтобы он ее нашел?
— Нет.
— Тогда что же?
— Просто не пойму, почему он ничего не предпринимает? — уже спокойнее спросил Тристан.
— Этого ты знать не можешь, но не стоит дожидаться его, чтобы расспросить. Ужин все равно остыл. Я за то, чтобы немедленно возвратиться на судно.
Тристан засмеялся.
— Что случилось с тобой, дружище? Раньше ты не боялся рисковать.
— Да, но теперь у меня трое малышек, и Малома снова беременна. Хотел бы я перед смертью увидеть сына.
Тристан, нахмурившись, пошел к выходу, вспоминая о мучительных бессонных ночах, проведенных в думах о Беттине и ребенке, которого она носит.
Глава 31
В доме по утрам стояла приятная прохлада, и только жаркое полуденное солнце способно было нагреть толстые белые каменные стены. Беттина, одетая в просторное платье без рукавов из желтого ситца, медленно сошла по ступенькам, неся перекинутое через руку большое полотенце. Во Франции она носила только самые модные платья, потому что Андре запрещал ей надевать простую одежду. Но на этом тропическом острове пришлось отказаться от лишних юбок и корсажей, а широкие кружевные воротники и пышные рукава в такую жару просто немыслимы.
Улыбаясь, Беттина оглядела большую обеденную залу. Цветные гобелены, принесенные Жоко из подвала, висели над камином, а на окна она сшила белые занавески. Окна были слишком малы, Беттина решила, что их нужно увеличить, но придется подождать Тристана и спросить его разрешения. Пять кресел со светлой обивкой были расставлены по зале, а Жоко сейчас делал новый диван.
К счастью, Тристан не успел продать добычу с захваченного испанского судна, и Жоко смог отыскать мебель и ковры для каждой комнаты в доме. Все это было сложено в подвале, куда женщинам не позволялось входить. Беттина заметила, что дверь была все время заперта, но Жоко заверил ее, что там не хранится ничего, кроме всякого хлама и добычи, привезенной из набегов. Правда, Беттине показалось странным, что Тристан смог сразу принести туфли для нее и матери точно по размеру.
Девушка все утро провела с Жоссель и Маломой. Они подружились и, поскольку Малома тоже была беременна, у них оказалось много общего. Обе шили приданое для будущих малышей, но хотя Беттина с удовольствием занималась этим, все-таки не могла выкинуть Тристана из головы. Она должна была родить всего на две недели позже Маломы, но была по-прежнему стройной и худенькой, а Малома сильно располнела.
Беттина не сомневалась, что беременна, но надеялась, что скоро фигура ее будет изуродована, и когда Тристан вернется домой, с отвращением отвернется от нее.
Тристан в гневе покинул остров, взяв с собой только половину команды. Он даже не попрощался с Беттиной и отплыл в тот же день, когда они так жестоко рассорились. Но она скучала по нему, по крайней мере постоянно убеждала себя в этом. Беттина не знала, когда пират вернется, но надеялась, что он будет отсутствовать долго-долго, а может, если Господь позволит, то вообще сгинет навсегда.
Девушка вошла в кухню и задержалась на мгновение, вдыхая аромат свежеиспеченного хлеба, потом вышла через черный ход и остановилась, наблюдая, как коренастый светловолосый парень увлеченно сколачивает раму дивана. Девушка улыбнулась Жоко.
— Ты прекрасный мастер, Жоко, — сказала она, критически рассматривая его работу. — Это твоя настоящая профессия?
— Я корабельный плотник, мамзель. И люблю работать с деревом.
— Давно ты плаваешь с капитаном Тристаном?
— С тех пор, как он купил «Строптивую леди». Не хотел плавать на другом судне. Капитан справедливо обращается с командой. Но теперь, когда у меня жена и двое детей, подумываю оставить бродячую жизнь.
— Значит, намереваешься осесть? — спросила Беттина. Видимо, среди жестокого сброда, набранного Тристаном, есть и порядочные люди!
— Пора уже! Мои сыновья выросли, им теперь нужен отец. Я собирался спросить капитана, нельзя ли поселиться здесь. На северном берегу у меня есть хижина. Ее можно перестроить. Здесь самое подходящее место, чтобы жить спокойно!
— Наверное, ты прав, — согласилась Беттина, глядя на окружающую красоту.
— Ну что ж, до свидания, Жоко.
Девушка пересекла лужайку за домом и направилась к лесу. Она собиралась добраться до укромного местечка, которое обнаружила, бродя по окрестностям, и с тех пор часто приходила туда, потому что только на этой уединенной лужайке чувствовала себя, как в родном доме, словно последних месяцев не существовало и она никогда не встречала человека по имени Тристан.
Но как бы она ни старалась сосредоточиться на приятных вещах, мысли о Тристане не переставали бередить мозг.
Была весна, и остров казался еще прекраснее, чем когда Беттина впервые появилась здесь.
Помахав садовнику Томасу, возившемуся у клумбы с огненными понсеттиями, она пошла по тропинке.
Раньше Томас Уэсли служил садовником в богатом английском поместье, но жажда приключений заставила его уйти в море. Он нанялся матросом на торговое судно. Прибыв в Новый Свет, познакомился с Тристаном и перешел на «Строптивую леди». Когда команда судна отыскала этот маленький остров с буйной растительностью, Томас попросил у капитана разрешения остаться. Тристан согласился, и через пять лет садовник превратил землю вокруг дома в райский уголок. Он был счастлив здесь и любил потолковать с Беттиной о цветах и растениях.
Свернув с тропинки, Беттина начала пробираться через густые заросли, перевитые лианами.
Кокосовые пальмы всех разновидностей и размеров стояли вперемежку с высокими соснами; благоухание смолы разливалось в воздухе, орехи в мохнатой скорлупе устилали землю. Повсюду росли великолепные цветы — голубые, желтые, розовые, сиреневые.