На душе было тяжело, но я все еще не собиралась сдаваться. Бабушка дала мне срок до конца месяца, а значит, у меня оставалось почти две недели. За две недели может случиться чудо, правда?
Стук повторился — громкий, настойчивый.
— Иду! — крикнула я, босиком поспешив к двери. Н
аверняка это Табита пришла одолжить что-нибудь из моего гардероба. Она частенько появлялась без предупреждения, перетряхивала мои вещи перед очередным выходом и вечно жаловалась, что у меня всё слишком велико для неё.
Но когда я распахнула дверь, на пороге стояла не моя кузина.
— Дэвлин? — я уставилась на него в изумлении.
Он выглядел совсем не так, как обычно. Ни костюма, ни галстука, ни начищенных ботинок, ни свежевыбритого лица с аккуратно уложенными волосами. Вместо этого он был в джинсах, кроссовках и футболке Camp Lemonade. Волосы растрепаны, щетина превратилась в полноценную небритость. А над часами красовался яркий браслет из бусин, совершенно нелепый на его крупном запястье.
Но эти глаза… Черт бы их побрал, они могли вытянуть душу из моего тела.
— Классная футболка, — сказала я.
— Думал, тебе понравится.
— Что ты здесь делаешь? — я не собиралась поддаваться на его чары. — Я уже сказала, что ты не убедишь меня продать Сноуберри Black Diamond.
— Я и не хочу, чтобы ты продавала Black Diamond.
Я замерла, тупо глядя на него.
— Что?
— Я не хочу, чтобы ты продавала вообще.
Осенний ветерок проник в квартиру, и мои соски предательски напряглись. Осознав, что на мне нет лифчика, я скрестила руки на груди.
— О чем ты говоришь? Ты же сам знаешь, что курорт обречен, если не получить срочное вливание денег.
— Есть другой выход, — с нажимом сказал он.
— Другой выход для чего?
— Для тебя. Чтобы ты сохранила свои детские воспоминания. Чтобы унаследовала Сноуберри и смогла его спасти.
Я прищурилась, подозрительно глядя на него.
— Ты несешь какой-то бред, Дэвлин. Какой выход?
— Ты выходишь за меня, — заявил он с полной уверенностью. — И мы сделаем это вместе.
Мой рот приоткрылся, руки бессильно упали вдоль тела.
— Ч-что?!
— Если мы поженимся, ты сможешь унаследовать Сноуберри сразу.
— Ты спятил!
— Нет. Это абсолютно логично.
Очередной порыв ветра всколыхнул его волосы. Дэвлин мельком заглянул мне за плечо в гостиную.
— Можно войти, чтобы обсудить это нормально?
— Нет!
— Да ладно, тебе же холодно.
Его взгляд скользнул вниз, и я тут же снова обхватила себя руками.
— У тебя мурашки, Лекси. Пусти меня. Я просто хочу поговорить.
— Ладно.
Я отступила назад, позволив ему войти, и закрыла дверь.
— Но ни за что на свете я не соглашусь выйти за тебя.
— Почему?
— Почему?! — я резко повернулась к нему, уперев руки в бока. — Во-первых, это мошенничество! Это не может быть законно!
— Всё законно. Мы оба взрослые, свободные люди.
— Во-вторых, бабушка ни за что не поверит, что мы вдруг влюбились после того, что случилось за обедом.
— Она поверит в то, во что захочет поверить.
Я сверкнула на него глазами.
— В-третьих, я тебя даже не люблю! Я тебя даже терпеть не могу! С какой стати мне выходить за тебя?
— Потому что ты любишь Сноуберри. И не можешь его отпустить.
Холод пробежал по моей коже, хотя дверь уже была закрыта.
— Это не значит, что я готова выйти за тебя, чтобы его сохранить.
Я прошла мимо него, схватила с журнального столика банку мороженого и направилась на кухню.
— Для тебя брак может быть просто еще одной сделкой, но для меня он значит гораздо больше. Я хочу выйти за человека, которого люблю. И хочу, чтобы он любил меня.
Дэвлин последовал за мной.
— Нам не придется оставаться в браке навсегда. Только до тех пор, пока бабушка не перепишет на тебя землю и пока не начнется реконструкция.
Бросив ложку в раковину, я открыла морозильник и засунула внутрь банку мороженого.
— Это еще один момент. Даже если мы уговорим бабушку позволить мне унаследовать Сноуберри раньше, это не решит проблему денег. Мне нужны миллионы долларов на ремонт.