— Ах вот как. — Видя ее насквозь, я медленно поднялась на ноги. — То есть ты в порядке?
— Буду в порядке. — Она подняла на меня взгляд, полный боли. — Если только ты развеешь мои тревоги и встретишься с доктором Смолли сегодня вечером. Тогда, может быть, мое сердце успокоится, и я смогу снова дышать нормально. Разве ты не хочешь этого для меня? Чтобы я могла спокойно дышать?
Я стиснула зубы.
— Ладно. Я встречусь с доктором Смолли. Но при одном условии.
— Каком, дорогая? — Бабушка тут же оживилась.
— Ты берешь меня с собой на тот обед во вторник. Я хочу убедиться, что какой-нибудь сладкоречивая акула в костюме не решит, что может нас сожрать и выплюнуть. — Вновь загоревшись решимостью, я опустила взгляд на список своих идей. — Я хочу участвовать в переговорах. Сноуберри может быть маленьким, может переживать трудные времена, но он стоит того, чтобы за него бороться. — Я посмотрела на бабушку. — Договорились?
— Договорились. — Она засияла. — Думаю, тебе стоит оставить волосы распущенными сегодня вечером, как считаешь?

Пока я шла пятнадцать минут от дома бабушки к своей квартире, которая тоже находилась на территории Сноуберри Лодж, мне пришло сообщение от моей подруги Винни.
Ну как все прошло?
Моя жизнь коту под хвост. И кажется, бабушка только что спустила её в унитаз.
Она успела продать, пока ты не поговорила с ней???
Нет, но она отказывается даже думать о том, чтобы отдать Сноуберри мне. Считает, что мне нужен муж, чтобы управлять этим местом. Более того, это прописано в её завещании! И она за моей спиной устроила мне свидание с вдовцом-дантистом. Сегодня вечером.
Что??? Сейчас, я тебе позвоню.
Телефон завибрировал в моей руке через несколько секунд.
— Алло?
— Что за бред? — воскликнула Винни. — Тебе нужен муж, чтобы унаследовать семейное поместье? Это что, сериал Бриджертоны?
— Похоже на то. И она устроила мне свидание с её дантистом-вдовцом.
— Могла бы хотя бы попытаться найти герцога. Я оскорблена за тебя.
— Спасибо, — фыркнула я.
— Ты вообще когда-нибудь видела этого дантиста?
— Один раз, когда водила бабушку на прием, — я пнула камень, идя по обочине дороги, ведущей к курорту.
— Сколько ему лет?
— Тридцать пять. И у него двое детей.
— Он симпатичный?
— Ну, не урод. Но это явно не герцог Гастингс.
— Может, все не так уж плохо, — попыталась ободрить меня Винни, вечно настроенная оптимистично. — Я вот влюбилась в отца-одиночку с двумя детьми. И посмотри на нас сейчас.
Винни и её муж Декс, пожарный, делили двух дочерей от его первого брака с их матерью и растили своего двухлетнего сына Майкла.
Мы познакомились три года назад на выставке гостиничного бизнеса в Чикаго и сразу нашли общий язык. Мы были одного возраста, обе работали в семейных курортных комплексах на севере Мичигана. Винни занималась организацией свадеб на ферме Кловерли, примерно в двух часах езды от Сноуберри. Именно она познакомила меня с её лучшей подругой Элли Лупо, которая управляла дегустационным залом в семейной винодельне.
— Поверь мне, — сказала я, — ситуация совсем другая. Доктор Смолли — хороший человек, но это не он.
— Ты не можешь знать наверняка! Может, он окажется приятным в общении. — Винни хихикнула. — Я уверена, он хорошо умеет сверлить.
— Хватит, я не собираюсь с ним сверлить.
— А зря! Именно это тебе нужно, чтобы снизить уровень стресса. Хороший секс очень полезен для психического и эмоционального здоровья. Оргазмы высвобождают массу гормонов счастья.
— Что-то смутно припоминаю, — вздохнула я, сворачивая на подъездную дорожку к ряду кондоминиумов. Моя квартира была первой справа — одноэтажная, с одной спальней.
— Почему только смутно?
— Потому что у меня не было секса больше года, Винни. С тех пор, как Эндрю ушел прошлым летом. И в конце концов это было не так уж хорошо.
— Для пользы не нужен мужчина, Лекси. Я недавно читала статью про оргазм как акт заботы о себе. Это улучшает тонус мышц таза, а гормоны, которые при этом выделяются, творят чудеса с нашим сном, настроением, когнитивными способностями и общим уровнем стресса.
Я вздохнула, поднимаясь по деревянным ступеням на свой крошечный балкон с видом на лес.
— Хочешь услышать грустную правду? Я уже и сама не могу.
— Что? — прошептала Винни, будто это было слишком ужасно, чтобы произнести вслух.
— Не могу. Я почти близка — как будто слышу, как в соседней комнате идет вечеринка, но дверь заперта. И я не могу войти. А потом начинаю думать об этом, и всё пропадает. — Я рухнула в кресло у входа.