Ксандер рассмеялся.
— Я так и знал, что для тебя тут есть кое-что ещё, кроме мести деловому сопернику.
— Для меня тут есть кое-что ещё, кроме секса, — резко ответил я. — У меня есть кое-какие накопления, и я вложу их в Сноуберри. Думаю, он принесёт прибыль. Со временем я верну эти деньги.
— Я думал, ты копил их на летний лагерь для детей.
— Да, но... — Я пожал плечами. — Это подождёт. Я хочу помочь ей. И слушай, не говори ей об этом. Не хочу, чтобы она узнала, что я копил их на конкретную цель. Ей будет неловко.
Ксандер откинулся на спинку стула, балансируя на двух ножках, и изучающе посмотрел на меня.
— Ты к ней неравнодушен.
Я пожал плечами, стараясь скрыть эмоции.
— Она мне нравится.
— Сильно. Я видел вас вчера. Это было не наигранно.
— Ладно, она мне очень нравится, — признался я, нахмурившись. — Но обязательно было рассказывать ей, что я боюсь канатной дороги, засранец?
— Конечно. Это мой священный долг как старшего брата — подшутить над тобой в такой день.
— Ну спасибо, блин.
Он помолчал.
— Отец, похоже, доволен.
— Да... — Я поморщился. — Из-за этого мне немного неловко.
— Как долго вы планируете быть женаты?
— Думаем, полгода будет достаточно.
Он наклонил голову.
— Полгода семейной жизни, да? А потом просто скажете друг другу «прощай»? Ты вернёшься в Бостон?
Я пожал плечами.
— Или куда-нибудь ещё. Пока не решил.
— И она будет с этим в порядке?
— Абсолютно. У нас всё чётко обговорено.
Он склонил голову набок и усмехнулся так, словно видел меня насквозь.
— Ну конечно.

Когда я вернулся домой, поднялся в спальню и увидел Лекси, меряющую шагами пол у кровати.
— Слава богу, ты здесь! — прошептала она в панике, поспешно захлопнув дверь за мной. — Я схожу с ума!
— Что случилось?
— Ничего такого, просто... сегодня вечером вечеринка в честь нашей свадьбы, и вон в той сумке лежит платье, которое я должна надеть. А Вероника и Келли были так добры ко мне сегодня, так радовались за нас... И я ношу это золотое кольцо на пальце, и твой отец подарил мне эти серьги, которые принадлежали твоей маме... И я наконец увидела нашу свадебную фотографию... Я просто не могу! Это всё ненастоящее, Дэвлин! Мы лжем! Это всё ложь!
Она разрыдалась, и я инстинктивно обнял её.
— Эй. Тсс, всё нормально. — Я гладил её по волосам, зная, что это её успокаивает. — Всё в порядке. Значит, ты всё-таки нашла платье на вечер?
— Да. — Её голос был приглушён моим свитером. — Оно белое.
Я улыбнулся.
— Мне нравится, когда ты в белом. В ту ночь, когда мы встретились, на тебе тоже было белое платье. Помнишь?
— Помню. — Она шмыгнула носом.
— С девочками было весело?
— Да.
— А что за серьги?
Вздохнув, она отстранилась и подняла волосы, чтобы я мог увидеть жемчужные серьги.
— Они были твоей мамы.
— Красивые. Я их не узнаю, но тогда я был слишком мал. Не особо обращал внимание на украшения.
— Это был подарок на десятую годовщину. — Она опустила волосы. — И твой отец сказал, что надеется, что мы будем так же счастливы на нашей десятой годовщине, как они были на своей.
Я медленно кивнул.
— Десять лет... Вероятно, это было как раз перед тем, как она заболела.
— Мне просто так тяжело врать ему, Дэвлин. — Она обхватила себя руками. — Он такой добрый, и хочет, чтобы я звала его папой, а я... я так давно никого не звала папой... — И снова слёзы, и я снова прижал её к себе. Теперь я уже знал, что лучше дать ей выплакаться.
— Слушай, — тихо сказал я. — Если ты хочешь всё отменить, мы можем. Давай просто переживём этот вечер, а завтра прекратим весь этот спектакль. Скажем, что поняли: поторопились, передумали.
Она обняла меня крепче, уткнулась головой мне под подбородок, прижалась щекой к моей груди.
— Можно я подумаю об этом?
— Конечно. А пока как насчёт ванны с пеной?
Она хихикнула.
— Бурбон и кедр?
— С лёгким оттенком кориандра.
— Ванна достаточно большая для двоих?
— Ну, когда мы с Дэшилом были малышами, мы вдвоём туда помещались. Но с тех пор я с кем-то там не пробовал.
Она откинулась назад и посмотрела на меня снизу вверх.
— Хочешь попробовать сейчас?
Я чмокнул её в покрасневший от слёз нос.
— Определенно.

Ванна оказалась тесноватой, но мы всё-таки сумели уместиться вдвоём. Она сидела между моими ногами, и я мыл ей волосы, затем мы поменялись местами, и она тёрла мне спину. Когда вода стекла, мы включили душ, чтобы ополоснуться.
Я бы с удовольствием остался с ней в постели до самого утра, но, учитывая, что друзья, семья и, возможно, вся Гавань Вишневого дерева ждала нас на свадебной вечеринке, я проявил чудеса самообладания и держал руки при себе.