Может, передумал.
Но там не было ничего.
С тяжёлым сердцем я выключила лампу и забралась под одеяло, ощущая пустоту рядом, тоскуя по его рукам, его голосу, его дыханию у моего уха.
«Моя жена».
Глава 24
Дэвлин
Без сомнения, я испортил День Благодарения.
Из-за новости о моём разводе атмосфера за праздничным столом была напряжённой и мрачной. Если бы я мог подождать хотя бы до ужина в четверг, я бы так и сделал, но первым же вопросом, который я услышал, когда приехал в дом отца в среду днём, был:
— Где Лекси?
Я подумал о том, чтобы соврать, отложить этот разговор на потом, но в итоге не смог заставить себя это сделать. У меня просто не осталось сил скрывать правду.
Отец был потрясён, но постарался этого не показывать. Он обнял меня, пару раз хлопнул по спине и сказал, что я могу оставаться столько, сколько захочу, и что ему жаль, что у нас с Лекси не получилось.
— Она мне очень нравилась, — сказал он. — Надеюсь, это нормально, что я так говорю?
— Конечно, пап. Мне она тоже очень нравится, просто... мы оба решили, что нам лучше быть друзьями.
Когда я передал ему коробочку с серьгами, он посмотрел на неё с грустью.
— Значит, уберу их обратно.
Он ушёл к себе в спальню, а я поднялся в свою, захлопнул дверь, бросил сумку у изножья кровати и рухнул на спину, закинув руку на глаза.
Как вообще возможно, что эта комната напоминала мне о ней, если я провёл здесь тысячи ночей без неё и только две — рядом с ней?
Не знаю, сколько я так пролежал, прежде чем раздался стук в дверь.
— Входи, — сказал я.
Дверь открылась, и в проёме появился Ксандер.
— Привет.
— Привет.
Он засунул руки в карманы.
— Папа рассказал мне про тебя и Лекси.
— Ага.
— Раньше, чем ты планировал, да?
— Всё вышло неожиданно.
Я объяснил ему, что мы узнали про завещание.
— Совсем никаких шансов продержаться пять лет?
— Я предлагал. Она отказалась.
Ксандер кивнул.
— Ты в порядке?
— И да, и нет.
— Я собираюсь в бар. Хочешь сходить, развеяться?
— Думаю, да.
Я свесил ноги с кровати.
— Келли уже в городе?
— Пока нет. Она прилетает завтра утром, я заберу её из аэропорта около десяти.
Я кивнул.
— У вас всё хорошо?
— На самом деле просто охуенно.
У Ксандера на лице было выражение, которого я раньше у него не видел — что-то среднее между недоверием и благодарностью.
— Круто.
Я провёл рукой по затылку.
— Дай мне десять минут, и я спущусь.
— Окей.
Он скрылся за дверью.
— Эй, Ксандер?
— А?
Он высунул голову обратно.
— Не хочу сегодня ничего никому объяснять. Можешь не рассказывать в баре про меня и Лекси?
— Конечно, брат. — Он посмотрел на меня чуть внимательнее. — Ты не обязан идти, если не хочется.
— Наоборот, хочу. — Я встал и потянулся за сумкой. — Если останусь здесь, мне станет только хуже.

Я уселся в дальнем конце бара и потягивал виски, становясь всё мрачнее с каждым новым стаканом. Всем, кто пытался заговорить со мной, я отвечал лишь глухими рычаниями.
В голове вертелась только Лекси. Чем она сейчас занимается? Вышла куда-то? Сидит дома одна? Вернулась в нашу квартиру или всё ещё у бабушки? Время от времени я доставал телефон и думал, не ответить ли на её сообщение, но понятия не имел, что сказать.
Я перечитывал её сообщения снова и снова, а чувства боролись за власть надо мной, как мы с братьями когда-то дрались за последний пончик в коробке. Грусть. Вина. Злость. Разочарование.
Допив очередной стакан, я хмуро уставился в пустое стекло.
— С таким лицом ты распугаешь всех моих клиентов, — сказал Ксандер из-за стойки. Он наклонился вперёд, упираясь в бар обеими руками. — Может, мне вызвать тебе машину? Ты явно не в настроении для этого вечера.
— Я в порядке.
Он рассмеялся.
— Нет, не в порядке. И если бы я мог, то сел бы рядом с тобой и попытался разобраться, какого чёрта у тебя в голове, но у меня тут заведение, работы по горло, а народу — битком.
— Тогда заставь меня работать, — сказал я.
— Серьёзно?
— Да.
Я соскользнул с барного стула и закатал рукава.
— Дай мне что-нибудь сделать, Ксандер. Мне нужно отвлечься.
Он пожал плечами.
— Ладно. Сам напросился.
Следующие несколько часов я делал всё подряд: мыл посуду, разносил еду, разливал пиво, убирал столы. Вспотел так, что насквозь промочил рубашку. Разбил стакан. Путал заказы на напитки. Извинялся и приносил новые. Но, по крайней мере, был занят, и это было лучше, чем сидеть на грёбаном барном стуле и осознавать, насколько одиноко мне будет без Лекси.