Красивое породистое лицо мужа с жестким подбородком и пронзительно-синими глазами стоит передо мной, как наяву. И сразу же позади него фоном выползает блондинистая тень Нонны. От нее так и разит злым недоумением и ревностью – как тогда в парке, перед тем как я упала, стремясь избавиться от её навязчивого общества. Я мотаю головой, чтобы отогнать это мучительное видение прочь. Слушаю в наушниках аудиокнигу об уходе за грудничком, смотрю в окно на темную пасмурную ночь и даже считаю овец, пока не проваливаюсь наконец в долгожданное беспамятство усталого сна... Однако у моего подсознания на сегодня совсем другие планы.
- Дашка, - шепчет оно мне на ухо низким, вибрирующим от еле сдерживаемого вожделения голосом Князева. - Моя Дашка... наконец-то только моя...
..Свадебное платье давно смято и небрежно отброшено на спинку дивана, постель выглядит как поле битвы, а наши обнаженные тела сплетены так плотно, что кажутся единым целым.
Я только что испытала самое огромное и невероятно прекрасное чудо оргазма и всё еще дрожу. Лежу на спине с широко раздвинутыми ногами, обхватывая ими своего первого и единственного мужчину за талию. Его плоть пульсирует во мне. Распирает и наполняет своей жестко-бархатной мощью в такт моим горячим внутренним спазмам так восхитительно глубоко, что от блаженства хочется кричать... Но я сдерживаюсь - слишком стесняюсь этой бури ощущений и эмоций. Почему-то открыться своему мужу физически намного легче, чем дать волю инстинктивным стонам, как у текущей от удовольствия самки под тяжестью овладевшего ею альфа-самца.
Когда самый яркий фейерверк острых ощущений затихает, я распахиваю веки и вглядываюсь в лицо нависающего надо мной мужа. Он улыбается, но с некоторым напряжением. И только тогда до меня доходит, что он не присоединился ко мне в момент самого сладкого финала.
- Что-то не так..? - спрашиваю его с замиранием сердца.
Во мне трепещет отчаянное опасение, что я недостаточно хороша в постели для такого потрясающего мужчины. По какой причине он остался неудовлетворенным, почему? Я же до сих пор чувствую его эрекцию глубоко внутри - она не может обманывать.
- Расслабься, все нормально, - Князев дарит долгий вкусный поцелуй и мягко выходит из меня. Одновременно с этим он встает с кровати, на которую опирался коленом в процессе нашего бурного соития. - Просто эта свадьба была такой долгой, а я так сильно хотел оказаться в тебе, что забыл про презерватив. Мог бы, конечно, кончить снаружи, но я не любитель прерванного секса. Главное, что тебе было хорошо, маленькая. Как ощущения? Ты очень чувствительная девочка...
- Это было... - я взволнованно облизываю пересохшие губы, и синие глаза Князева моментально вспыхивают жарким огнём. - Это было потрясающе! Я боялась, что первый раз мне не понравится, столько читала об этом... но оказалось, что это лучшее, что я испытывала в своей жизни!
Он слегка усмехается, лаская мое тело разгоряченным взглядом и постоянно возвращается к губам. Несмотря на то, что между нами только что произошло, я всё еще смущаюсь и потому с трудом сдерживаюсь от желания накрыться с головой простыней. А вот Князева собственная нагота ничуть не напрягает. Стоит передо мной абсолютно непринужденно и без малейшего стеснения. Хотя его мужская уверенность в себе как раз понятная и логичная - при такой-то великолепно развитой мускулатуре и прекрасной генетике!
Я непроизвольно любуюсь атлетическими очертаниями его торса и в смятении таращусь на его внушительный орган. В этой боевой стойке он настолько напряжен, что практически прижимается к прессу своего хозяина! Это зрелище пугает мой неискушенный разум... и завораживает. Князев замечает направление моего внимания, и его ноздри слегка раздуваются.
- Если тебя беспокоит мое удовольствие... то есть еще один способ доставить его мне, - многозначительно медленно тянет он. - И это один из самых лучших подарков для любого мужчины.
Намёк прозрачнее некуда. Оральный секс давным-давно уже стал естественной частью постельных отношений для большинства людей. Хотя вообще-то лично для меня это такая же диковинка, как и то, что я испытала только что. Тень какого-то далекого смутного беспокойства вторгается в мое смущенно-трепетное настроение отрезвляющим диссонансом... И внезапно, всё еще видя перед собой возбужденного мужа, я осознаю, что это всего лишь сон. Точнее - сон-воспоминание о нашей первой близости. Задолго до того, как я забеременела. И до того, как он изменил мне потом со своей секретаршей. Эта мысль, словно хлесткая пощечина, вырывает меня из вязкой паутины сна в одно мгновение.