Катюха не была из той породы отвратительно самоуверенных людей, считающих, что они знают всё лучше всех и во всём правы. Замашки были, но прислушиваться к чужому мнению и менять своё она умела. Язвила и фыркала при этом, но это естественная реакция на признание своей неправоты. Это характер Кати, такой он её полюбил, свыкся и даже недостатком не считал.
— Договорилась на вторник на семь часов. Успеешь за мной заехать, или встретимся в студии? — спросила Екатерина мужа.
— Постараюсь, — кивнул он, добавив. — Наберу в полшестого, скажу, успею или нет.
Старое воспоминание о растерянной жене потянуло за собой новое.
Совсем недавно Константин слышал от неё возмутительное: «Я не знаю». На неё это было совершенно непохоже, и он не до конца поверил.
Но мозгов хватило не обвинять её во лжи.
И тогда он рассказал ей всё: признался в своей ошибке и объяснил, что как женщина Ольга ему сто лет не сдалась, и он не рисковал семьёй и отношениями с женой, общаясь с ней.
А это, между прочим, было трудно.
Много ли взрослых дядек откровенно признаются любимым женщинам в своей тупости?
Это, знаете ли, нехилый удар по гордости.
Да и среди мужиков престижней быть кобелём, чем олухом, пытающимся повернуть время вспять, общаясь с той, кто знала тебя и нравилась в двадцать лет.
Блять, если смотреть на ситуацию со стороны, то он жалкое чмо!
Не то чтобы полноценный левак в виде интрижки со старой знакомой был бы предпочтительней комплекса из-за пролетевших лет и упущенных возможностей. Но в обеих ситуациях он выглядел бы слабаком, не умеющим оценить по достоинству то, что имеет.
Хорошо, что всё закончилось!
Он чистосердечно покаялся, а Катя…
Катя у него попросила прошения (до сих пор не вериться, но это было).
Следовательно, тема закрыта.
Вот только секса нет.
И тут Косте пришла гениальная идея, как вернуть полноценные супружеские отношения без риска услышать от жены: «Не трогай меня, я ещё злюсь».
Нужно предложить ей пометить студию.
Обидно, если в стенах новой квартиры, являющейся показателем их благополучия, первый секс будет квартирантов, а не хозяев.
Но предложить ей предотвратить эту несправедливость, мужчина не успел.
Оказалось, у Кати тоже была идея.
— Тебе надо взять кредит, — предложила она.
А что ещё ждать от сотрудницы банка?
Переспрашивать причин не было. У неё нет проблем с дикцией, а у него со слухом.
— А зачем нам кредит?
— Затем, что у нас всегда должна быть определённая сумма под рукой на случай форс-мажора, и если взять деньги оттуда, мне будет неспокойно. Вклад тоже дёргать нельзя. Лучше оформим тебе кредит, ты его за несколько месяцев спокойно закроешь, — начала Катя и буквально принялась его разводить.
Надо отдать ей должное, это не было похоже на прозвон с рекламой услуг банка со стереотипными фишками. Чувствовался и индивидуальный подход, и детальное знание вопроса, и желание именно помочь, а не навязать. Поэтому Костя не сразу смог вспомнить, что кредит он хочет не сам и вообще не в курсе, на что нужны деньги, с которыми банк жены ему готов помочь.
— Про выгодное предложение понял, — затряс он головой. — А что мы хотим купить?
— Мы покупать ничего не будем, — сделала акцент жена на первом слове. — Деньги нужны для тебя.
— Кредит — странный подарок. Я за секс. Его взять можно?
Улыбка и подмигивание, сопровождавшие Костин ответ, могли бы стать прелюдией либо к занятию любовью, либо вступлением к предложению поехать в студию ради того, чтобы заняться любовью там.
Но Катя не позволила сбить себя с курса. Точнее сама его сменила, и не в сторону интима, а затронула такой важный аспект как психологическое здоровье.
— Ты бы не хотел побеседовать с психологом? Настоящим, а не своей просвещённой подружкой. Чтобы кабинет, кушетка и дядечка располагающей наружности в очёчках. Хотя можно и тётечку хорошую найти, — протянула она. — Я не против женщины-специалиста, меня только одна определённая не устраивает.
— Сначала кредит, теперь психолог. К чему ты ведёшь?
— Твой кризис не закончился. Беря за аксиому, что на Олю ты снова не запал, — оказала Катя выбранным определением широкий жест доверия. — Мы приходим к выводу, что она и твоя ностальгия о студенческих годах следствия кризиса среднего возраста.
Ни слышать этот диагноз, ни говорить о нём мужчина не хотел.