Я глубоко вздыхаю, сбрасывая оцепенение. От неприятного инцидента с парнем даже раздражение на эту банановую мазилу куда-то испарилось.
- Ладно, проехали, - говорю рассеянно и смахиваю с бровей капли дождя вперемешку с брызгами грязи. - Мне нужно привести себя в порядок и посмотреть расписание первого курса.
Затем решительно поднимаюсь по ступеням в универ.
Презрительный холодный взгляд красавчика до сих пор стоит перед глазами, будто на сетчатке отпечатался. Бр-р, прям мурашки от него пробирают.
- О, так ты на первом курсе? - догоняет меня непрошибаемо настойчивая девчонка. - А какой факультет? Как тебя зовут? Меня - Ася.
- Маня. Я на экономическом.
Как я и ожидала, такая форма имени вызывает у собеседницы сдавленное фырканье. Но что поделать, если меня с детства все так называли и имя Маша теперь я просто не воспринимаю?
- Маня, значит. Звучит очень... э-э... архаично.
Мы попадаем в сверкающее фойе, и охранник на входе бросает на мою грязную одежду подчеркнуто неодобрительный взгляд. Но пропускает молча.
- Да говори уж прямо, - морщусь я и с сарказмом переиначиваю недавние насмешки: - Идеальное деревенское имя для такой грязной деревенщины, как я! Не переживай, мне не впервой слышать такое. Но из-за чужих предрассудков я не собираюсь притворяться удобной всем Машей, а не Маней... Где, кстати, тут у вас туалет? Направо по коридору или налево?
- Налево, - подсказывает Ася. - Ну, в принципе Маня имя нормальное, только будь готова к тому, что тебя начнут дразнить Нюней-Манюней или Мани-в-кармане. Это первое, что пришло мне в голову, а значит, и другим придет...
- Поздно, - хмыкаю я. - Вакантное место обидной клички уже занято.
- А, ты про Грязнулю? Может, пронесет... хотя вряд ли. Фанатки Плохиша уже слышали, как он тебя обозвал.
Я толкаю дверь туалета и нервно любопытствую:
- А кто этот Плохиш вообще?
- О, это звезда универа. Настоящий звездный мальчик, - криво усмехается Ася, и я понимаю, что к числу его поклонниц она явно не принадлежит. - Он Марат Плохишев. Единственный сын того самого...
Она делает большие многозначительные глаза, но я отвечаю ей искренне непонимающим взглядом.
- А кто это?
- Серьезно? - у нее отвисает челюсть. - Ты ничего не слышала о Плохишеве?!
- Нет.
- Блин, ну ты даешь. Жить в городе и ничего не знать о человеке, чья физиономия красуется на всех уличных предвыборных плакатах - это прям какой-то избирательный уровень слепоты.
- Я из деревни, а не из города. И политика меня не интересует.
Отвернувшись, я бросаю взгляд в зеркало над раковиной... и в ужасе таращусь на свое чумазое отражение.
Это вот такой меня видел местный «звëздный мальчик»?!
Кошмар...
Неудивительно, что Грязнулей обозвал. Все лицо в каких-то черно-серых разводах! Наверное, случайно размазала грязь руками, когда налипшие от дождя мокрые волосы со лба и щек смахивала...
- Господи, ну и страшилка чумазая..! А я-то думала, только одежда испачкалась.. и сумка...
- Ну, лицо ты уже сама перемазала, когда встала, - подтверждает мои догадки Ася.
Застонав с досады, я спешно и усердно начинаю плескать в лицо водой из умывальника. И очень скоро на белоснежном санфаянсе появляется россыпь грязно-серых брызг.
Увы, одежду так легко оттереть от безобразных темных пятен не получается. Всë, чего я добилась, - это размазать их на фоне мокрой ткани. Надеюсь, как одежда подсохнет, они побледнеют.
Ася топчется рядом, поглядывая на часы. Удивительное дело, но она не уходит - совестливая очень.
- Скоро звонок! Давай, я тебя провожу в твою аудиторию. Тебе в какую?
- Пока не знаю, - вздыхаю я, глядя на свое жалкое отражение с бледным лицом и влажными светлыми волосами. Да уж, ну и глаза у меня... чисто бездомный котëнок-сирота. - Я в первой группе экономистов-первокурсников, кажется.
- Ух ты! - вдруг хмыкает девчонка. - Мы с тобой, оказывается, в одной группе теперь.
- Супер, - рассеянно отвечаю я и направляюсь на выход. - Только мне сначала в администрацию надо зайти к декану, отметиться и получить студенческий билет.
- Показать дорогу?
Я машинально оглядываюсь на Асю, собираясь отказаться от довольно проблематичного набора ее медвежьих услуг, делаю шаг наружу и немедленно впечатываюсь щекой в чью-то широкую сильную грудь.
- Ой! - испуганно поднимаю глаза выше.
Красивые серо-голубые глаза окатывают меня сначала знакомым холодом, а затем их взгляд пугающе надолго застывает на моем чистом лице.