Причем значительную часть этих второмартовских 12 тыс. составляли гастарбайтеры из стран Центральной Азии (их индивидуальные и групповые портреты обильно опубликованы в Интернете) и откровенно оплаченные люди, которых свезли из регионов РФ. Причем отдельных коммерческих участников «детинга» (неформальное название позорного марша) организаторы попытались даже кинуть на деньги, после чего те написали заявление в полицию. Если кого-то по итогам этого заявления посадят – было бы совершенно справедливо.
Но самой позорной звездой «детинга» стала дама по имени Ирина Бергсет (в девичестве – Фролова), как бы лидер свежеслепленного из того, что было, некоего движения «Русские матери». С главной трибуны мероприятия она заявила, что ее бывший муж, норвежец Курт Бергсет, организовал целую индустрию по изнасилованию их общего 4-летнего сына. Которого, согласно версии российской общественной активистки, одевают в костюм Путина, а потом принуждают к сексуальному контакту последовательно 12 норвежских человек мужеского и женского пола.
Отдельно она пожаловалась, что в момент сватовства инфернальный педофил Курт представлялся инженером, а потом, после всеобщего прибытия в Норвегию, оказался банальным рабочим на буровой. (Если есть разница, значит, она его не любила, а просто хотела любой ценой свалить из вожделенной РФ за границу).
Я не берусь оценивать степень морально-материальных страданий г-жи Бергсет: с ней не знаком и, надеюсь, Господь убережет от такого знакомства. Но все же, как говорил М.С. Горбачев, вопросы остаются. Например.
А) Что такое «костюм Путина»? Кимоно дзюдоиста? Оперение журавля-стерха? И не слишком ли это велико маленькому мальчику?
Б) Почему г-жа Бергсет-Фролова перепутала возраст своего младшего сына, причем в полтора раза? По официальным данным, он родился в январе 2007 г., т. е. ему должно быть 6 лет, а никак не 4.
Странноватенько все это. Включая экстравагантные заявления мадам великой русской матери типа «Европа для детей – ад, Россия – рай» и «Карательные отряды феминисток осуществляют план всеобщей и принудительной геизации Норвегии». Здесь уже возникают большие сомнения в психической адекватности главной героини «детинга». Равно как и в основах кадровой политики тех, кто делает г-жу Бергсет лицом своей публичной кампании.
А теперь попробуем перейти от частного к общему.
Главный вопрос: откуда вообще берется эта истерическая история с запретом иностранного усыновления русских сирот?
Признаться, уже некоторое историческое время я не мог найти ответы на два вопроса.
1. Почему «закон Димы Яковлева» считается симметричным ответом на американский «акт Магнитского»?
Какая связь между РФ-коррупционерами и бедными российскими же сиротами, получающими шанс обрести полноценные семьи в Америке? Что же здесь симметричного?
2. Почему речь уже постепенно зашла о полном запрете иностранного усыновления, если другие страны, которые не США, ничего аналогичного «акту Магнитского» не принимали и вроде бы пока не собираются (согласно официальным заявлениям их представителей)?
Тут-то меня и осенило. «Ищу рукавицы, а обе за поясом» ©.
Америка ни при чем. Геополитика ни при чем. Месть за «магнитский закон» – ни при чем.
Ну а русские сироты – ни при чем вдвойне.
Планируется грандиозная экономическая афера. Самым циничным образом организуемая под флагом защиты детей.
Для начала присмотримся к организаторам – идеологам кампании против иностранного усыновления (вобравшую в себя провальный «детинг»). Это уполномоченный по правам ребенка в РФ, экс-адвокат Павел Астахов, и политтехнолог, бывший театральный режиссер Сергей Кургинян. Персонажи весьма примечательные и вполне характеристические (для нашей эпохи).
Астахов известен тем, что, как правило, проигрывал все дела своих клиентов – кроме тех, где клиенты включали собственный недетский административный ресурс. Провалы у адвоката случались весьма громкие. Скажем, дело американского как бы шпиона Эдмунда Поупа (2000 год) – тогда адвокат не нашел ничего лучше, чем состряпать свое выступление в суде… в стихах. Причем очень плохих. В результате суд Поупа приговорил. А выручил Астахова (в первый раз) президент Владимир Путин, «шпиона» вскоре помиловавший. Другая история – защита Астаховым интересов холдинга «Медиа-Мост» и его эксвладельца Владимира Гусинского, закончившаяся, вестимо, плачевно. Я как-то спросил одного из бывших руководителей «Медиа-Моста»: а чего вы взяли адвоката с такой-то репутацией? Ответ: ну, нужен же был нам в команде хоть один защитник-нееврей…