– Не знаю, Ян, – тяжело выдохнул Владимир. – Честно говоря, до определённого момента война с Лигой была делом чести и благих намерений. Я не мог позволить Ордену захватить власть. Из разных побуждений. Но как только общий враг падёт. Альянс прекратит своё существование, и междоусобицы разгорятся вновь. И всем будет наплевать, что два крупнейших города лежат в руинах, а население окружающих земель уменьшилось чуть не вдвое.
– А куда надеешься деться ты?
– На крайний случай уйду на службу к Ришаму.
– Не думаешь, что тебя попытаются убрать?
– Как говориться, человека судят по делам его. Если дело провалится – убьют. Если всё удастся, и я потребую долю – убьют. Ну а если с честью и славой под звук фанфар уйду в тень – оставят в покое.
– Не завидую, – цокнул языком Яр.
– Однако пока рано решать что-либо, – махнул рукой Строгонов. – Мир пришёл в пугающе быстрое движение. Завтра ситуация может повернуться так, что взвоем. Поэтому, иди. Отдыхай. Нынче ты бывалый сотник и любимый солдатами командир. Твои три сотни выживших и вновь прибывших пойдут за тобой хоть на край света. Подготовь их к выступлению.
– С твоего разрешения мы задержимся и выйдем на день позже. Не думаю, что ты собираешься брать замок ренов с ходу.
– Верно, – кивнул Строгонов. – А зачем задержка?
– Мои воины страшно устали и нуждаются в небольшом отдыхе. Кроме того, Маян обещал, что подберёт для моих солдат новую амуницию. По старой памяти. Ему нужен день, чтобы запрошенные из Торвиля обозы пришли сюда.
Строгонов прищурился.
– Прохиндей. Хорошо. Но не больше дня. Если всё пойдёт удачно, на четвертые сутки мы нанесём удар. Думаю, у Лиги найдётся тысячи три воинов, чтобы хорошенько попортить нам нервы.
.– Ужин готов? – сухо осведомился Ян.
– Да, – покорно пролепетала Оля. – Накладывать?
Несмотря на кошмар огненной стихии, бушевавшей в лагере при нападении ренов, походный сундук Ольдена, в котором Яр спрятал Олю, оказался нетронутым. Только слегка пригорел. Яр чуть не забыл о нём и спохватился только к ночи.
При виде заплаканной и до смерти перепуганной девушки сердце наёмника дрогнуло, и он решил сжалиться над ней. Но с одним условием. Она становится его личным пленником и будет обслуживать его в походе. Убежать не получится – Яр наложил на девушки Серую метку, от которой её способен избавить либо он, либо хан, либо сильный маг. В противном случае Яр найдёт её везде. И тогда наверняка воздаст по заслугам.
– Что у нас? Каша? – сморщившись, проговорил он. Подойдя к палатке, он в первую очередь скинул сапоги с усталых ног и уселся на матрац.
– С мясом, – кивнула девушка. Она так же была в черных одеждах. Только капюшон Яр велел срезать.
– Ну давай, – махнул рукой наёмник.
Девушка мигом засуетилась вокруг весело булькающего над костром котла, и вскоре Яр получил доверху наполненную миску ароматной снеди. Однако сразу есть не стал. Положив миску на колени, он достал из подсумка маленькую склянку с жёлтой жидкостью и накапал пару капель в кашу, внимательно присмотревшись к эффекту. По прошествии несколько секунд ничего не произошло: капли спокойно растворились. Удовлетворённо кивнув, наёмник принялся за ужин. Если бы в каше был яд, жёлтая субстанция превратилась бы в чёрную и громко зашипела.
– Что это? – удивлённо спросила Оля.
– Правда жизни, – угрюмо ответил Яр. – Себе положи.
– Я не голодна, – попыталась воспротивиться девушка.
– Себе положи, – оторвавшись от еды, размеренно повторил Яр.
– Ладно, ладно, не злись, – пробормотала девушка, поспешно накладывая себе кашу.
– Я не злюсь. Я вообще редко злюсь.
– А вот и неправда, – уверенно заявила Оля, присаживаясь напротив Яра.
– Что неправда? – нахмурился наёмник.
– То, что пытаешься казаться холодным и неприступным, – ответила девушка, облизывая ложку. – Это не так.
Яр дёрнул бровью, но не ответил. Потчеваться они закончили молча.
После ужина Яр быстро снял с себя амуницию и залез в палатку, с удовольствием развалившись на матраце. Нужно было хорошенько выспаться.
– Эм. Яр? – вдруг послышался голос Оли.
– Чего тебе? – недовольно пробурчал он из палатки.
– А где я буду спать? Вообще-то холодно на улице.
Яр тихонько выругался. О служанке-то он и забыл.
– Можно я к тебе? – не растерялась Оля.