-Вы меня в чем-то подозреваете?
-Пока нет, но и не отпускаем, во избежание так сказать. Все будет зависеть от того, что мы о тебе узнаем. Год, в который о тебе нет никакой информации…. Тебя удерживали где-то против твоей воли?
Вот и начались опасные для меня вопросы. Прямые он не задает, ходит вокруг да около. Проблема в том, что с прямыми вопросами проще, там можно и выкрутиться, или же отказаться от него. Но вот с такими…
-Нет. – Решив все же не нагнетать обстановку, пояснила. – Меня не нужно было никому удерживать, я сама оставалась на одном и том же месте. Я… Я болела.
-Я слышу стук твоего сердца. Оно участилось. Мне кажется, мы договорились о правилах этой игры?
-Да договорились, и я не нарушаю их. Просто, дело в том, что это не самый приятный для меня год был. Я, правда, очень сильно и долго болела. Почти полгода привязанная к больничной койке, а потом реабилитация.
Во взгляде мужчины появилось что-то новое, он уже не препарировал меня взглядом.
-Правильно ли я понимаю, что искать твою медицинскую карту бесполезно? Либо ее вообще нет ни в одном электронном источнике, либо же там ни слова не сказано про аварию.
-Понятия не имею. Честно говоря, я никогда не задавалась этим вопросом. В тот год мне было не до нее, а после… После мне уже было все равно. Но если вас интересует мое предположение, то скорее всего второй вариант будет реальней. Карта наверняка есть, все же и в школе бывало болела, и диспансеризацию проходила и не раз. Поэтому, скорее всего записей о болезни нигде не будет.
Мужчина задумался над моими словами, что позволило мне немного подольше подумать над следующим вопросом. Нужно задать такой, на который он не сможет ответить, не навредив этой правдой самому себе, или тому, кто ему дорог. А что у нас для оборотня, состоящего в стае самое важное и дорогое?
- Вы когда-нибудь убивали обычных людей?
Вопрос максимально опасный, и задавая его, я очень рискую. Согласно кодексу, ну или законам оборотней, нельзя причинять физический вред людям без веской на то причины. Убийство карается изгнанием из стаи. Но естественно, этот закон работает только в случае, если вину удается доказать, а происходит это не так чтобы часто. И сейчас задавая этот вопрос, оборотень перед выбором либо признаться и тогда вероятно я могу настучать в совет, либо не говорить мне ничего, и отпустить меня на все четыре стороны.
-Да. – Кайл смотрел на меня острым взглядом, прекрасно понимая, чего я добиваюсь.
-Просто, «Да»?
-Да, просто да. Ты же тоже не всегда отвечаешь мне развернутыми ответами.
-И вы не боитесь, что я могу сообщить об этом совету?
-А ты знаешь гораздо больше, чем, кажется на первый взгляд. И отвечая на твой очередной вопрос, не боюсь. Одного твоего обвинения будет мало, нужны неоспоримые доказательства, которых у тебя нет и быть не может. Хочешь попытаться избавиться от моего внимания, отправив меня на суд?
-Я ведь могу оказаться шпионкой, которой вы меня и подозреваете. Так что, как вы пытаетесь узнать обо мне все, так и я собираю всю интересную информацию о вас.
-Надеешься, задать такой вопрос, на который я не смогу ответить четно? – На губах волка расцвела понимающая улыбка.
-Естественно. А такой есть?
-Естественно.
По вопросам в нашей игре мы опять сравняли счет. Мы с волком просто сидели и смотрели друг другу в глаза, каждый думая о своем. Но задать следующий вопрос ни один из нас не успел, так как Кайлу позвонили. Судя по разъяренному голосу из трубки и характерному рычанию, звонил Ральф. После этого звонка беседа у нас больше не клеилась и, проведя час в полном молчании, мы вновь въехали в уже знакомый мне поселок. Только на этот раз останавливаться у ближайшего дома, из которого мне казалось, я удачно сбежала, мы не стали. Поехали дальше. От центра поселения, мы повернули налево к одному единственному дому в конце небольшой дорожки.
Дом, у которого мы остановились в этот раз, был намного больше, построенный все из тех же брёвен, но, даже выходя из машины, заметила следы современных технологий. Телевизионная антенна на крыше, камера видеонаблюдения прямо над крыльцом.
-Что это за дом? – спросила я, продолжая из окна смотреть на этот одиноко стоящий в отдалении от остальных дом.
Водитель не стал задерживаться в машине, не спрашивая разрешения, вышел и прикрыл за собой дверь, оставив нас совершенно одних. В одно мгновение, незаметно и молниеносно, Кайл сократил между нами расстояние, и повернул мою голову к себе.
-Это наш с Ральфом дом. И прежде чем задавать новые вопросы, возникающие в твоей голове, подумай о том, что я тоже умею задавать такие вопросы, на которые уже ты не захочешь отвечать. Например, после болезни ты все равно убежала. Ты не смогла оставаться там, где провела целый год, а то может и всю свою жизнь. Почему?