Тем не менее, жизнь продолжалась, и я была не совсем одна в своем изгнании. Уходя, я прихватила с собой милый экземплярчик экспериментов наших магов жизни, который наводил суеверный ужас на друидов. Это существо похожее на гусеницу-переростка. как-то незаметно привязалось ко мне во время ночных вылазок в лаборатории магов и не раз помогало мне в проделках. На спине и коротеньких лапках существа, рос мягкий зелененький мех, из которого торчали по четыре стрекозиных крыла с каждой стороны. На голове – забавные антенки с пушистыми шариками на концах, которые светятся в темноте неярким белым светом, на манер волшебных светильников. И что самое важное, “гусеничка” обладает зачатками разума, так что я не оставляла попыток ее обучить. Как только придумаю имя. Маги говорили, что это девочка и она с удовольствием последовала за мной в изгнание. Учитывая, что питалась она листвой, проблем с уходом за столь странной зверушкой быть не должно.
Здраво рассудив, что в эльфийских землях нам будут не рады я направилась в сторону ближайшего людского поселения, справедливо полагая, что там уж точно найду, чем заняться. Жизнь в бездушных (наши то создавались в гармонии с природой) людских городах, конечно, вызывала отвращение, но выбирать мне было особенно не из чего. В другой Светлый лес меня не примут, Нейир постарается, в этом я точно уверена. Идти к дроу в принципе можно, но после учиненного наставником скандала еще неизвестно чем это кончится. Они конечно более терпимы, чем светлые эльфы, но Совет все выставил так, будто нанесено оскорбление правящему дому, а они оскорблений так просто не прощают. Поэтому город был лучшим вариантом. К тому же там можно и подзаработать – эльфы к людям заходили нечасто, предпочитая кичиться своей первородностью и держаться более старых рас. Будто это как-то делает нас лучше.
Тракт, ведущий в сторону людских земель был куда уже, чем тот, что вел в земли эльфов или тех же дроу. К тому же, спустя пол дня я убедилась, что он жутко петлял даже там, где ничего не мешало проторить дорогу напрямик. В итоге, чтобы мое путешествие не затянулось на недели я предпочла свернуть в лес и пойти напрямик. Да, так опаснее, ведь на меня мог выскочить дикий зверь, зато почти вдвое быстрее и почти наверняка я не встречусь с какими-нибудь разбойниками, грабящими одиноких путников.
В лесу, из-за густо переплетенных крон царил мягкий полумрак, упругий мох пружинил под подошвами дорожных сапожек, нос приятно щекотало запахом хвои и опавшей листвы. В подлеске копошилась мелкая живность, а над головой пели птицы. Чтобы скрасить свой путь я развлекалась магией. Поэтому, через какое-то время вокруг меня вилась куча бабочек, поражая взгляд яркостью и необычностью окраски. А легкий ветерок, следуя за движениями руки, срывал листья то с одного, то с другого дерева и кружил их в безумном танце. Идти куда-то одной было откровенно скучно, но тут меня развлекла моя зверушка. Она с диким восторгом и каким-то щенячьим повизгиванием кидалась вслед то одному, то другому листику в попытке поймать его. При этом она выполняла такие кульбиты, что не рассмеяться было просто невозможно. Бабочки же, видимо приняв ее за свою более крупную соратницу и до того летающие вокруг моего нового питомца, испуганно шарахались в стороны. Затем они, словно опомнившись, снова собирались в яркое облако вокруг нас.
Так мы прошли почти весь день. К вечеру я распустила стайку бабочек и наколдовала огоньки. Они словно искорки кружились вокруг освещая путь. У моей животинки засветились шарики на аннтенках. Лес постепенно погружался во тьму. Пришлось искать место для ночлега.
Мы как раз вышли на небольшой просвет среди деревьев, густо поросший ягодными кустами. В качестве постели я выбрала огромный дуб, растущий на краю и накрывающий свой раскидистой кроной чуть не половину поляны. Среди его бугрящихся из-под земли корней выискалась достаточно удобная ниша, в которую я поместилась целиком. Поужинав кое-какими припасами и немного перекусив собранными тут же ягодами я устроилась на своем плаще, но сон не шел. Звуки леса, казалось усилились, мне то и дело мерещилось, что рядом кто-то крадется, вдалеке ухал филин, а в кустах что-то тихонько шуршало. Дикий ночной лес показался мне гораздо громче привычного, облагороженного эльфами. Может дело в том, что я тут совершенно одна, а дома я знала что поблизости есть другие эльфы, а может и действительно в лесу принадлежащем только природе гораздо больше жизни, как бы мои сородичи, веками возводившие единение с природой в культ не утверждали об обратном.