— Все, что я знаю, — старался перекричать всех Чейз, — это что Сейдж сейчас очень беззащитна из-за разрыва с Трейвисом. И еще она чувствует себя брошенной из-за замужества матери, иначе сестренка никогда бы не увлеклась таким типом, как Харлан.
— А почему бы и нет? Харлан просто чудо как хорош и сексуален.
У Лаки отпала его разбитая челюсть. Он никак не мог прийти в себя от комментариев своей жены.
— Ну, ты даешь! Ничего себе разговорчики для замужней женщины с ребенком. Ты говоришь о мужчине!..
— Я замужем, но не ослепла, — отрезала Девон. — И повторю еще раз: он чудо как хорош и сексуален. Лори тоже так считает.
— Моя мать?! — завопил Лаки.
— Да, твоя мать. Она сама мне это сказала.
— Да и вообще, откуда ты знаешь, какие мужчины нравятся Сейдж? Ты что, специалист в этой области? — требовательно спросила Марси у Чейза.
Лаки и Девон замолчали, уступив сцену другой паре, и только периодически обменивались яростными взглядами. А Марси с Чейзом, похоже, готовы были сцепиться друг с другом.
— Я знаю Сейдж, — заявил Чейз. — И знаю гораздо дольше, чем ты. Если бы она не переживала разрыв помолвки, Харлан с его невоспитанностью и отсутствием манер — последний человек на свете, с которым она бы легла в постель.
— Что ж, любовь подвигает людей и не на такое, — торжественно произнесла Марси. — Она всем кружит головы!
— Любовь? Кто сказал, что это любовь? В лучшем случае, вожделение.
— Как ни назови, но очень сильное чувство. Заставляет совершать безумные поступки. Ни в какие ворота…
— Безумные? Например, убежать среди ночи из дома безо всяких объяснений.
— Безумные! Например, заставляет Чейза Тайлера жениться на Зануде Джонс, — кричала Марси. — Как считаешь, сколько было бы шансов в нормальных обстоятельствах?
С трудом сдерживая свой огненный темперамент, она холодно посмотрела на мужа:
— Прежде чем вы с Лаки кинетесь в погоню, подумайте хорошенько, а может, Сейдж не хочет, чтобы ее спасали. — Бросив таким образом вызов, Марси обратилась к Девон: — Пойдем наверх, по-моему, Лорен плачет.
Забрав Джимми, Марси выплыла из комнаты. Девон не отставала от нее ни на шаг.
Лаки здоровым глазом посмотрел на брата и обреченно проговорил:
— Я предупреждал тебя, что если они когда-нибудь состыкуются, нам несдобровать.
— Что ж, — Чейз со вздохом опустился на стул, — вот и случилось.
Глава 13
Пикап Харлана не дотянул и до Остина.
В тридцати милях к северу от столицы мотор начал подвывать. Еще через десять миль из-под крышки капота потянулся белый дымок.
Сейдж уже открыла было рот, чтобы съязвить по этому поводу, но тут же закрыла, вспомнив угрозы высадить ее из машины. Девушка взглянула на Харлана. Он хитро улыбался.
— По всей видимости, я попал в точку, — довольно проговорил молодой человек.
Сейдж заискивающе спросила:
— А ты хочешь, чтобы мы взлетели на воздух?
— Я хочу подыскать удобное место для остановки.
Еще через четверть мили он свернул на придорожную стоянку. Фыркающий и кашляющий грузовичок вызвал всеобщий хохот у водителей. Сейдж захотелось спрятаться под сиденье и закрыть голову руками.
Харлан же, не испытывая, похоже, ни малейшего смущения, вышел из машины и направился к капоту. Ржавая крышка протестующе заскрипела, из-под нее вырвалось белое облако пара. Парень подождал, когда оно немного рассеется, и склонился над мотором. Через пару минут поднял голову и кивнул Сейдж. Поскольку окно было наглухо закрыто, Сейдж налегла на дверцу плечом и кое-как открыла ее.
— И каков диагноз?
— Пробита система охлаждения, — сообщил Харлан. — Радиатор полностью выкипел.
— Это плохо?
Он прислонился к дверце и с удивлением уставился на девушку:
— Конечно, плохо, если не задаваться целью специально спалить двигатель. Весьма заманчивый способ избавиться от этого металлолома.
— Я так полагаю, этот хлам не застрахован?
Харлан покачал головой:
— И не надейся.
— И в Ассоциации автомобилистов ты не состоишь?
— Не-а.
— Так что же нам делать?
Харлан принялся расстегивать фланелевую рубаху. Расстегнув, стянул с себя и подал ей.
Сейдж взяла протянутую рубаху и стала молча наблюдать, как Харлан снимает через голову обыкновенную белую футболку. Вот торс его обнажился, и на нем явственно проступили синяки от вчерашнего кулачного боя. На волосатой груди поблескивало утреннее солнышко, соски съежились от промозглого ветерка.