- Хорошо поешь, ангел! - обняв меня сказал он.
От его аккуратного движения полотенце упало на пол. Он нежно поднял меня на руки, целуя шею и плечи понес в кровать….
Спустя час каждый из нас вернулся к своему делу с новыми силами и новым настроением. Вечером перед сном мы прогулялись по внутреннему дворику дома. Макс пытался шутить, а я пыталась смеяться, мы были вместе, но каждый из нас был мысленно далеко. Все наше общение было сумбурным и поверхностным. Моего мужчину что-то беспокоило, но я не решалась спросить, оппасаясь вызвать его раздражение или гнев. И когда мы поднимались в лифте в квартиру, Максим извинился за то, что причинил мне боль днем. Я почувствовала как на сердце затягивается рана.
Следующие две недели были мягко говоря не самым лушим этапом нашей жизни. Хоть моей целью и было помочь Максу поправиться, если это было возможно с его диагнозом, но и о развитии наших отношений нельзя было забывать. Поэтому я разрывалась между исполнением роли возлюбленной и ролью няньки для капризного мальчика. Почему-то для меня сложно было понять, как Макс, человек, который все и всегда держал под контролем, не может справиться с собой и своими эмоциями. Он регулярно на меня срывался, кричал, хлопал дверью, возвращался, просил прощения. В моменты его агрессии я старалась уйти в себя или просто молчать.
В последний вечер, перед отлетом, Максим сорвался на меня из-за того, что он услышал, что я купила обратный билет не в бизнес класс, а эконом. Он так сильно взбесился, что сказал мне буквально следующее: “Если ты хочешь быть со мной, то тебе пора оставить свои мещанские привычки”. После этих слов его не было дома около четырех часов. Я первую половину времени, как водится, рыдала, потом спокойно собрала в сумку самые необходимые вещи и поставила у выхода. Тогда взгляд зацепился за отражение в зеркале. Седина! у меня на виске красовался пучок седины! И мне еще нет двадцати! Руки схватили расческу, и начали нервно водить ею по волосам, я где-то слышала, что если чесать и массировать кожу головы, то седина пройдет. Не научилась я все-таки за эти две недели не придавать значение агрессии Макса. Если так и дальше пойдет, то я скоро буду наблюдаться у психиатора.
Когда Макс вернулся в квартиру, я спокойно и с улыбкой встретила его. До самого сна мы разговаривали с ним о его состоянии от таблеток. Я максимально четко постаралась передать ему, что я чувствую в моменты его агрессии. Макс проникся моим доводам и пообещал поговорить с лечащим доктором о поиске альтернативы без такой побочки.
Утром в аэропорту наше расставание прошло на удивление легко. Меня правда, не покидали двойственные чувства. С одной стороны я была рада, что улечу и хотя бы выдохну, перезагружусь, отдохну. А с другой стороны, было страшно оставлять его одного в таком состоянии.
11.1
Спустя ровно неделю я сидела в бизнес классе самолета, смотрела в окно на залитые солнцем облака, они напоминали мне нежное и воздушное пюре. Да, эта неделя прошла как нельзя плодотворно. Экзамен в зачетке, стипендия есть, да еще и повышенная. С подругами успела вдоволь наболтаться, у родителей побывать. В свободное время шерстила литерауру и интернет, постигая дзен и выискивая ответы на мучавшие меня вопросы. Попытка понять азы самообладания, как мне показалось, была достаточно успешной. Вобщем, выполнила все, за чем прилетала. Если бы я тогда в ежедневнике записала все дела, которые нужно было переделать на родине, то сейчас, покидая ее, я бы любовалась на красные галочки с надписью done напротив каждого пункта. Теперь отдохнувшая и изрядно исскучавшаяся, я мчалась на крыльях любви в Швецию. Эти наши короткие телефонные разговоры раз в день совсем измучали мое тоскующее сердце. Но большего от Макса требовать не имела права, ведь я дала себе слово слушаться его во всем, помогать ему, обеспечивать спокойствие и душевное равновесие.
Знакомый аэропорт, центральный холл, как всегда сердце на износ. Я достала телефон, после посадки забыла его включить, не успел он окончательно загрузиться, как прошел звонок.
-Алло!
- Родная, ты приземлилась? - поинтересовался Максим.
- Да, а ты где? Я в центральном холле, напротив выхода.
- Извини, не смог приехать, но я за тобой отправил машину. С минуты на минуту она должна подъехать.