Слева от столовой я заметила тропинку, уводящую в играющий оранжевыми и желтыми красками парк. День был удивительно солнечным, от чего вид был еще краше. Я решила прогуляться. Ведь это такое обычное и человеческое занятие: пройтись по парку в погожий день.
Глава 3
Я успела глубоко зайти в парк, когда услышала какое-то шуршание в кустах. Место было, конечно, красивое: узкую аллею окружали фигурно стриженные вязы, однако из-за их густоты нельзя было ничего разглядеть. Я не стала, как в типичных ужастиках, спрашивать «Кто здесь?», хотя, наверное, стоило бы.
И тут кто-то схватил меня и, зажав рот холодной ладонью, потянул в заросли. Я хотела завизжать, но рука, которая почему-то пахла лавандой, не дала мне этого сделать. Я потеряла равновесие, и, когда мои ноги поволоклись по земле, я могла лишь беспомощно брыкаться.
Когда нападавший, прошептавший мне в ухо голосом молодого парня «Тише», остановился в самой гуще вязов, я вцепилась зубами ему в ладонь.
– Твою мать! – рыкнул он, но тут же отпустил меня.
– Ты кто такой? – я шарахнулась в сторону, но почему-то не кинулась убегать через кусты. Быть может, я была наивной, но, увидев, что это примерно мой ровесник, а не страшный суровый дядька, немножко успокоилась.
У парня были густые, взлохмаченные черные волосы длиной до ушей и светло-голубые глаза, под которыми пролегали серые круги. Лицо его было бледным, худым и острым. Он брезгливо вытер руку о полы черного драпового пальто и вытаращился на меня, приложив палец к губам.
– Ты…
Парень шикнул.
Увидев, что он не приближается ко мне и, вроде как, не собирается причинять вред, я успокоилась. Если честно, он больше был похож на самоубийцу, чем на убийцу: высокий, худощавый и готичный. На правой щеке у него темнела аккуратная плоская родинка.
– Ты здесь одна? – спросил он, оглядываясь.
«Разве не очевидно?» – хотела спросить я, совсем забыв, что нужно делать, как нужно вести себя, когда странные типы нападают на тебя в заросшем парке.
– Да.
– Послушай, – он зачем-то еще раз вытер руку, – Меня прислали забрать тебя отсюда. Ты же Гончарова?
– Может, нужно было сначала спросить, а потом тащить в кусты? – я раздраженно усмехнулась.
– Прости, но нас могли заметить.
– Ты от этих… – я попыталась подобрать одно слово для Мартина и всех, кого он перечислял.
– Ага, – он кивнул, видимо, поняв, что я имею ввиду.
– А вы не задавались вопросом, – я тоже на всякий случай вытерла рот рукавом парки, – Почему я должна вам поверить?
– А у тебя выбор есть?
– Ну, как бы да. Я могу остаться здесь, подождать это вонючее посвящение, исполнить какой-то там свой долг, а после вернуться домой.
– Ты уверена, что после этого всего уже сможешь вернуться?
– А если я пойду с вами?
– Хочешь я пообещаю, что ты сможешь вернуться? – парень был убийственно спокоен.
– Кто ты, чтобы мне что-то обещать? – я была в отчаянии. Слова незнакомца напугали его, в конце концов, он мог быть и прав: разве отец гарантировал мне безопасность и возвращение домой.
– Я Хэмиш Грифми, – представился он.
Такого имени я не слышала и оно мне ничего не говорило. Однако почему-то именно теперь я сильнее всего заскучала по домашкам, парам, маршруткам, а главное – по людям с именами по типу Маша Сидорова и Ваня Иванов. Мне очень захотелось домой.
– Я не хочу этой магической фигни! – я пнула ногой кочку. – Я хочу домой! – я не знала, зачем высказываю все это Хэмишу, ведь он, наверняка, был ни при чем.
– Обстоятельства забросили тебя далеко от дома, – четко произнес он. – Но если ты поверишь мне, то сможешь вернуться туда. В нашем мире творится то, чего тебе не понять, но ты способна повлиять на благополучный исход происходящего.
Я закатила глаза.
Я вообще не понимаю, что происходит.
– Если коротко, – начал Хэмиш. – Я думаю, ты уже поняла, что готовится кое-что грандиозное. Но твой отец и Офелия, – я вспомнила холодный взгляд этой женщины и на ее фоне загадочный Хэмиш показался мне гораздо роднее и безопаснее, – Затевают кое-что нехорошее.
– Погоди, – я остановила его, – Ты хочешь, чтобы я пошла против воли отца? – на волю отца мне было плевать, но мне хотелось, чтобы Хэмиш объяснил.