— Да, да, да, — хором продолжили они. — Ты родила нас уже в этом возрасте и несла полную ответственность, — затем улыбнулись и поцеловали меня в щечку с двух сторон одновременно.
— Маам, неужели тебе нас не жаль? — состряпав обиженное лицо спросил Андрей. Это та ещё картина: здоровенный двадцатилетний парень с обиженной моськой на лице.
— Мне, если честно, будет жаль тех девочек, которые согласятся на таких оболтусов как вы, — немного издеваясь над ними произнесла я.
— Ладно ребята, я пошла. Обед на плите, — открывая входную дверь произнесла я.
— Ты будешь допоздна? Может тебя встретить? — спросил Антон.
— Нет, — твёрдо отказала я.
— Мааам, будь на связи, — потребовал Андрей.
— Окей, — коротко ответила и вышла, закрывая дверь.
После происшествия со мной, сыновья стали оберегать меня ещё больше. Уже сомневаюсь, кто из нас старше они, или я.
Ко мне с месяц назад пристали трое пьяных мужчин, «хотели познакомиться». Когда я отказалась, стали грубить, обзывать шлюхой, набивающей себе цену. Хорошо сыновья позвонили по телефону, я успела попросить их выйти за мной.
Правда, без драки не обошлось. Мальчики приложили их знатно. Били до тех пор, пока пьяные мужики не попросили прощения у меня. Больше их в нашем дворе не видели, что меня только радовало.
Мои мальчики, на самом деле, двадцатилетние парни. Внешне они полностью похожи на своего отца. Даже повадками и манерой речи. Они у меня близнецы настолько похожие внешне друг на друга, что неопытный человек не сразу их распознает.
Андрей и Антон с детства занимались спортом. Догадываюсь, что они где-то подрабатывают, скрывая от меня. Где именно не знаю, но приходят в синяках, иногда даже кажется, что прошли через мясорубку. Сколько я уговаривала их оставить это занятие, но они ни в какую не шли на уступки. «Нет. Мы будем помогать тебе деньгами, да и на личные расходы, не думаешь же, что у тебя будем просить?». Несмотря на эти геройства, они продолжали учится в университете.
Вот и весь ответ. Я, конечно, догадывалась о роде занятий мальчиков, но поделать ничего с этим не могла. Выросли они. И сами принимают решения. Я только могу корректировать или давать советы, благо ещё прислушивались к ним.
Собеседование прошло успешно, но очень долго мучили, расспрашивая обо всём. Много вопросов задавалось по работе, также прошлись по личным фронтам. В итоге на работу меня всё же взяли, что меня очень удивило и одновременно порадовало. С понедельника приступаю к работе. Правда смущало то, что собеседование проводил не мой начальник, а его поверенный. Кажется, босс был в отъезде и приезжает только на следующей неделе.
Глава 2. Часть 1
Глава 2
Первый день рабочей недели.
Дверь в приёмную открылась и со мной поздоровался приятный мужской, до боли знакомый голос. Я застыла от неожиданности, затем медленно подняла взгляд на мужчину, пересекающего расстояние от одной двери к другой. Он целенаправленно направлялся в сторону кабинета моего шефа.
— О, Боже, — невольно прошептала я, потрясённая увиденным.
Наверное, ждала что он обернётся, посмотрит на меня и его лицо озарится узнаванием, но он зашёл к себе, закрыв двери и не обернувшись.
«Конечно же это не Саша. Он просто не может быть им. Очень похожий на него мужчина», внушала, безуспешно пытаясь убедить себя и успокоить дыхание.
«Ага, Орлов Александр Олегович, тёзка-двойник. Не глупи, Оля. Почему я не обратила внимание на его имя и фамилию? Порадовалась перспективной работе. Господи, это не может происходить со мной!» Я всё не могла решить для себя, какое из чувств больше всего во мне взыграло: обида или радость. Обида — что не узнал. Радость — смогу спокойно с ним общаться.
Одна половина моей женской романтичной натуры очень громко вопила от отчаяния: «НЕ УЗНАЛ!», а другая половина деловой женщины во мне вторила: «Слава Богу. Будет легче работать». И так я сидела, какое-то время, борясь с собой. Я схватилась за голову застонав от отчаяния. Влипла по полной...
Хоть и мельком его увидела, но мне хватило этого, чтобы понять: он совсем не изменился. Только с возрастом стал красивее. Правда, выражение лица показалось холодным и строгим. Господи, я даже успела разглядеть его губы. Рот показался на фоне всего перечисленного почти жёстким, но я-то помнила его улыбку. Её я запомнила навсегда, как и свой восторг в ту минуту, когда он впервые улыбнулся мне.