— Света, может для начала пройдём в мой кабинет, — ласково говорит он.
Она встаёт, прижимаясь к нему, и они скрываются за дверью.
Я поднимаюсь со своего места и, на негнущихся ногах, прямиком иду в туалет. Слёзы не хотят останавливаться, выдавая моё общее состояние. У меня бешено колотится сердце, дышать не могу, словно меня ударили со всего размаху под дых, перед глазами всё плывёт, лёгкие сдавливает, дышать тяжело, сердце бьётся с невероятной скоростью и гулом отдаваясь в ушах.
Так, спокойно. Нужно просто сосредоточиться на дыхании. Вдох, медленный выдох. Вдох, выдох. Очень просто, стоит только захотеть.
Возвращаюсь на рабочее место. Беру мышку пытаясь печатать, но руки предательски дрожат, буквы вообще расплываются перед глазами, никак не могу сконцентрироваться на предложении. Но ничего не получается, в голове набатом стучит большими буквами «ДУРА».
Брюнетка Света довольная выходит из кабинета шефа, не прощаясь уходит. Даже не смотрю в её сторону, но всеми фибрами ощущаю её расплывшееся от радости лицо. Перебираю документы, хотя мысленно нахожусь совершенно в другом месте.
Внезапно, слышу надо мной голос Саши, подпрыгиваю от неожиданности и роняю что-то на пол. Поднимая глаза, и вижу: стоит недовольный с сжатыми зубами, на скулах ходят желваки, руки скрещены на груди, на уровне моих глаз, рукава рубашки закатаны.
Сижу, тупо уставившись на его мускулистые руки. Хотя понимаю, что веду себя совершенно по-дурацки. Как неопытная малолетка. Затянутая пауза бесит. Вместе с ней растёт напряжение. Первым молчание прерывает шеф.
— Почему обед не тронут, — головой кивает на бумажный пакет.
— Нет аппетита, — бормочу я.
— Ольга Дмитриевна, что происходит? Ты плакала? — злость в его глазах нарастает.
— С чего такие выводы, Александр Олегович? Я… — мне опять не дали договорить, перебил его замораживающий голос:
— Свои личные проблемы решать будешь после работы. Сейчас марш за чаем для себя и кофе для меня. Я жду через пять минут в кабинете. Не забудь прихватить, — кивает на пакет.
Развернувшись, направляется к себе. Открывает неспешно двери, на мгновение задержавшись возле них, он поворачивается и глядя мне в глаза устало произносит:
— Ты никогда не умела врать, Оля, — и больше не говоря ни слова скрывается у себя в кабинете.
Молча встаю, иду за кофе и чаем. В голове ни одной мысли. Я не понимаю, что происходит между нами. Совершенно запуталась.
Вхожу в кабинет. Саша сидит на диванчике с закрытыми глазами, рядом стоит маленький столик. Молча расставляю принесённое на стол. Перед ним ставлю чашку с чаем. Он открывает глаза и удивлённо смотрит на чай. Переводит на меня взгляд:
— Я, кажется, просил кофе?
— Александр Олегович, вы сегодня пили кофе. Частое его употребление вредно для здоровья. Я думаю, чай не худшая альтернатива, — спокойно поясняю я.
Молча берёт, отпивает, и ставит на стол.
— Скажи, почему ты внезапно ушла с прошлой работы? Обычно до нового года все стараются держаться на местах. Денежные премия, и всё такое…
Пожимаю плечами.
— Решила сменить обстановку. Не сошлась с коллективом, — неуверенно закончила я.
— Опять врёшь. Ты совершенно не умеешь это делать. Я ведь всё равно узнаю. Может сама расскажешь?
— Господи, совершенно такой же как Антон. Он выспрашивает у меня, — и я неожиданно замолчала, прикусив губу «что я творю! Чуть не проболталась про сына. А если он спросит возраст? Он же мне сам сказал, что я не умею врать. Он меня раскусит как пить дать». Поднимаю взгляд и встречаюсь уже с холодным взглядом шефа. Он сверлит меня с минуту, встаёт и идёт за рабочий стол и уже оттуда мне:
— Доедай и марш на работу, Ольга Дмитриевна, — моё имя с отчеством он чуть ли не выплюнул.
Встаю молча убираю остатки обеда со стола и спешу к себе.
В течение дня меня доставали звонками его пассии, хотели поговорить с ним. От шефа получила наказ их отваживать. Настроение моё совершенно не улучшилось к концу дня.
Четвёртый день рабочей недели.
Каждое утро я старалась оказаться на рабочем месте до его приезда. Но в этот день не получилось. На улице шёл дождь со снегом, и кругом стояла промозглость, слякоть и мокрый снег, тщательно перемещенный с грязью. Колючие порывы ветра, не добавляли настроения. Ко всему прочему, метель за то время что я пробыла в метро усилился и «порадовала» меня, буквально сбивая с ног.