Меряю его пульс, считая удары в минуту.
— Пульс слишком низкий. Мы должны вызвать скорую, — скрепя сердце выношу свой вердикт.
— Хорошо, — старший брат соглашается слишком быстро, похоже, я только подтвердила его собственное решение.
Вызываю скорую.
— Нужно собрать вещи и документы. Ты не против, если я помогу? — предлагаю я, понимая, что для Матвея это будет непосильная задача.
— Конечно, документы должны быть у него на полке сразу возле двери. Вещи бери, какие нужно, — мужчина с благодарностью принимает моё предложение.
— Ты пока приведи себя в порядок, у тебя вся футболка в крови и руки, и лицо, — на Матвея сейчас страшно взглянуть.
— Прости, за всё это, — ему явно ужасно неудобно за всю эту ситуацию.
— Что за глупости? Хорошо, что я оказалась здесь. Это вопрос жизни, не только здоровья, — не смотря на всю сложность ситуации, паника отпустила меня, включился холодный рассудок.
Захожу в комнату Макара, стараясь в общей картине бардака увидеть необходимые вещи. На полке не нахожу никаких документов и решаю поискать на письменном столе. Сама мысль о том, что я копаюсь в чьих-то личных вещах вызывает приступ тошноты, но выбора нет. Паспорт обнаруживается довольно быстро, а вот в поисках страхового полиса мне приходится перерыть всё на столе.
«Может он где-то в ящиках…».
В верхнем ящике лежит начатая пачка презервативов, разумеется, XL размера…
«Похоже, это у них наследственное…» — мелькает довольно абсурдная, для всей этой ситуации, мысль.
Открываю второй ящик и ахаю от удивления.
«Ничего себе…».
Там лежит много наличных денег, купюры сложены стопками и перетянуты канцелярскими резинками. Меня смущает их вид, это, в основном, мелкие купюры, не больше 1000. Здесь же лежит договор на лечение в Центральной офтальмологической клинике, от суммы, указанной в договоре, мне становится немного не по себе. Весь перечень услуг, включая проживание и лечение, в сумме составляет 5 миллионов рублей.
«Это просто грабёж!.. Что за цены?.. Где обычному человеку взять такую сумму?».
Пазл у меня в голове начинает понемногу складываться в общую картину.
«Похоже, Макар хочет скопить нужную сумму на лечение брата. И, как видно, делает он это не совсем безопасными методами».
Закрыв ящик, продолжаю поиски полиса и вскоре нахожу потрёпанный листок, сложенный вчетверо. Как раз вовремя, потому что вскоре раздаётся настойчивый звонок в домофон. Приехала скорая помощь.
ГЛАВА 16. НЕ СЛОМЛЕННЫЙ
В приёмном отделении неотложки пахнет смесью людского греха и антисептика. Крепко держу Матвея за руку с момента, как мы вышли из кареты скорой помощи, будто страшась, что он растворится в матрице, не оставив и следа.
Увидеть растерзанное тело Макара было страшно, но куда больше я испугалась, когда решила, что они просто исчезли из моей жизни, как сонные видения поутру.
— Всё будет хорошо, — стараюсь подбодрить раздавленного мужчину.
— Благодаря тебе… А я… Просто ничтожество… Меня тошнит от самого себя…
— В этом нет твоей вины, — мне больно от его слов, он зря взял на себя ответственность за взрослого здорового парня.
— Есть… Я просмотрел, когда он пошёл по наклонной… Просмотрел, — на последнем слове он с досадой выдохнул и спрятал лицо в ладони, желая скрыть свои эмоции.
— Может быть на него напали… Почему ты решил, замешан в чём-то плохом? — но я сама содрогнулась от того, как неуверенно прозвучал собственный голос. Я прекрасно помнила деньги и грабительские условия клиники, изложенные сухими цифрами на холодном безжалостном листке.
— Я чувствовал, что у него есть какая-то тайна, — Матвей в отчаянии поджал губы. — Он часто приходил так и запирался в своей комнате. Днями не выходил… Я думал, что это похмелье… Но, это что-то более серьёзное.
— Не терзай себя. Сейчас главное, что он очнулся. Его самочувствие важнее… Вы со всем разберётесь.
Вижу бледное растерянное лицо Матвея, в его невидящих глазах поблёскивают непрошеные слёзы.
— Я ни с чем не могу разобраться…. Он не слушает меня…
— Возможно, тебе нужно услышать его, — обнимаю рукой широкую мужскую спину и чувствую мелкую дрожь его тела под рубашкой. — Мне побыть с тобой сегодня? Я могу позвонить в клинику, отменить записи.
— Мне так жаль, что тебе приходится это делать, но я, правда, нуждаюсь в тебе сейчас, — кажется, он испытал облегчение.
— Всё хорошо, я придумаю, чем возместить неудобства клиентам.
После звонка администратору, которая осталась не особо довольна необходимостью объясняться с моими клиентами, возвращаюсь к Матвею.