— Тебе принести что-нибудь выпить? Кофе может быть…
— Спасибо, не хочу кофе, я и так на взводе. Если только, бутылку воды…
Идёшь по направлению к автомату с напитками и снеками, когда меня окликает медсестра.
— Девушка, Макар Свиридов ваш родственник?..
— Я просто, — запинаюсь, но быстро принимаю решение. — Я его невестка…
— Он пришёл в себя, можете зайти к нему на 5 минут. Только не нагружайте его эмоциями, у него ушиб головного мозга. Врач вам позже всё скажет, он сейчас на обходе.
Спешу в палату Макара и с замирающим сердцем касаюсь дверной ручки.
«Может быть я лезу не в своё дело… Но мне надо поговорить с ним наедине, без Матвея…».
От увиденного у меня сжимается сердце, а к горлу подступает тошнотворный комок. Лицо парня отекло ещё больше, глубокая синева залегла под оба глаза. На губе виднеется свежий шов.
— Привет, малая… А где Мот? — еле произносит он, едва шевеля губами.
— Узнал меня, уже хорошо… Можно я присяду рядом?
— Не вопрос… Падай, — старается храбриться, но голос его похож на шелест ноябрьского ветерка, такой же призрачный и холодный.
Сажусь на краю кровати и замечаю кровоподтёки и ссадины на костяшках пальцев.
— Скажешь, что случилось?..
— С хера ли?.. Это не твоё дело, — резко бросает он, и закрывает единственный глаз, уходя от ответа.
— Я знаю, что ты делаешь это ради брата. Видела деньги и договор. Не злись, это произошло случайно, я искала твои документы… И…
— Ясен хуй… Случайно… Не квартира, а общага, — шипит он раздражённо. — Что дальше? Будешь мне втирать, что да как?
Молча просовываю свою руку под его ладонь и слегка сжимаю, он не отвечает, но и не убирает ладонь.
— Пойми, я не против тебя. Наоборот, я думаю, что смогу помочь…
Он снова открывает глаз и холодно смотрит на меня, ожидая продолжения.
— Я помогу, если ты пообещаешь завязать с тем, что ты сейчас делаешь. Это опасно для жизни. Матвей не переживёт, если с тобой что-то случится…
— И? — коротко чеканит парень.
— У меня есть деньги… Вернее, я знаю, где их взять. Четыре миллиона… Если сложить с твоими, должно хватить, — от волнения начинаю тараторить, надо успокоиться.
— Четыре ляма? Ты элитная шлюха что-ли? Или на онлифанс зашибаешь?
— Да, да, очень смешно…
Он на несколько мгновений замолкает, глядя куда-то внутрь себя.
— Не сработает… Он не согласится… Не возьмёт твои деньги…
— Я знаю, поэтому и говорю сейчас с тобой.
— Ты понимаешь, что придётся соврать… Вы только начали… Встречаться… Или что там у вас… Если он узнает, всему конец. Ты это понимаешь? — здоровый глаз парня в обрамлении синего кровоподтёка внимательно всматривается в моё лицо. Сердце моё в этот момент не может найти себе места в груди, как испуганная птица в поисках выхода из клетки.
— Я хочу только одного…
Макар заканчивает предложение за меня.
— Вернуть ему зрение…
— Да…
— Какой твой интерес? Это большая сумма, — он никак не может довериться мне, но это и понятно, я для него чужой человек.
— Мне плевать на деньги, если любимый человек не видит моего лица…
— Любимый? Вы с ним сколько знакомы? — замечаю в его голосе раздражение и даже злость, не смотря на кривую ухмылку.
— Это неважно… То, что я чувствую к нему… Это не описать.
Его палец, вдруг, слегка касается моей руки, нежно скользя по коже. Движение едва заметное, почти неосознанное и длится какие-то секунды, но я понимаю, что есть скрытый смысл у этого жеста и в панике убираю руку. Он горько усмехается, глядя куда-то в пространство перед собой. — Я буду долбоёбом, если откажусь… В жопу гордость. У моего брата будут глаза…
— Привести его?
— Нет, не сейчас… Мне просто пизда, даже говорить больно. Если начнёт психовать, я не вывезу…
— Я поняла, набирайся сил. Мы придём завтра тебя навестить.
— Ладно. Покеда… Буду ждать…
Закрывая дверь, тебе кажется, что ты слышишь продолжение фразы.
— Тебя…
Но отмахиваюсь от этой мысли.
«Что за бред… Мне показалось, наверное…».
Выхожу из палаты и в растерянности прикасаюсь к запястью, где он дотронулся до моей руки, невидимый след на коже горит будто от клейма.
«А это, что было?.. Тоже показалось?».
ГЛАВА 17. МАША
Вкладываю в руку Матвея прохладную запотевшую бутылку воды.
— Я встретила врача. Приём посетителей на сегодня запретили, но состояние Макара стабильное.
Мысленно я уже сотню раз отхлестала себя по щекам за враньё.