Маша не вышла с нами попрощаться из-за работы, но написала мне прощальную смс-ку с пожеланиями скорой встречи. Благодарю её и обещаю встретиться в ближайшее время. Переодевшись, мы с Матвеем выходим на улицу, о пережитом волшебстве напоминают мокрые волосы и счастливые улыбки.
На посту охраны нас встречает взволнованный Оскар, который спешит вылизать лицо своего хозяина, глядя на него с тревогой и грустью.
— Прости, малыш. Спасибо, что подождал. С меня вкусняшки.
Все вместе выходим за территорию зоопарка, держась за руки и не произнося ни слова. Наверное, потому что в такой ситуации слова кажутся лишними. Есть только этот удивительный мир и чистый восторг, который мы испытали полчаса назад. Я первой нарушаю тишину.
— Это ни на что не похоже…
Матвей улыбается и смотрит куда-то вглубь себя.
— Нет, на кое-что похоже… Это похоже на секс с тобой…
— Скажешь тоже, — чувствую, как щёки заливает краска.
— Серьёзно… Это чистый кайф, самое правильное ощущение… в мире.
— Я польщена, правда… Не думала, что я такой мастер в этом деле…
— Тут… Дело не в мастерстве, а в моих чувствах… К тебе…
Моё сердце сейчас готово вырваться наружу.
— Не хочу пугать тебя… Но, хотелось бы, чтобы ты знала… Я желаю быть с тобой, каждую минуту своей жизни, до самого…её конца.
Понимаю, что не могу ничего сказать в ответ, не разревевшись, ведь чувствую к Матвею то же самое. Но он расценивает моё замешательство совсем иначе.
— Я понимаю, пока рано о чём-то говорить…
Не имея возможности сказать хоть слово, прижимаюсь к нему всем телом, запуская пальцы в его влажные, спутавшиеся волосы и касаюсь губами его губ, вкладывая в этот поцелуй то, что так тяжело сказать. Сорвавшись с ресниц, по щеке бежит непрошенная слеза.
Когда мы с трудом отрываемся друг от друга, охрипшим голосом Матвей шепчет.
— Я… я… — но такие желанные слова так и не срываются с его губ, ведь то, что чувствуешь, порой так сложно озвучить.
— Всё нормально… Я понимаю, — мягко сжимаю его руку.
— Спасибо, что ты со мной, — он обнимает меня и зарывается носом во влажные волосы, рассыпавшиеся водопадом по плечам.
И в этот момент я понимаю, что может быть лучше, чем плавание с дельфинами. Любовь…
Весь вечер меня не покидает ощущение праздника, омрачаемое только воспоминаниями об изувеченном теле Макара. Я готовлю ему домашнюю еду, чтобы завтра с отвезти в больницу.
— Тебе не стоит так напрягаться ради этого говнюка, — сердито ворчит Матвей.
— Прости, но я сама решу, что мне делать, — серьёзно парирую я.
— Святой человек, — Матвей только пожимает плечами, явно не понимая моих мотивов.
Оглядываюсь на него через плечо и ловлю взглядом его влюблённое выражение лица.
«Да уж… Сама святость… А что насчёт сговора за твоей спиной?»
Вечер мы проводим в обнимку, упиваясь близостью друг друга. Сегодня это не безудержная страсть, а сладкое ощущение дома. Примерно так чувствуешь себя в детстве, когда после школы забегаешь домой, а там тепло и вкусно пахнет бабушкиным печеньем. И мама снимает с тебя шапку всю в снегу, стряхивая с неё подтаявшие снежинки и несколько капель падают тебе на нос и щёки. А впереди зимние каникулы, будут подарки, угощения и весёлые игры с друзьями.
Мы впервые засыпаем просто обнявшись, без интимной близости. Конечно, я не могу не ощущать влечения, когда прижимаюсь к его тёплой промежности своими ягодицами. Но его объятия, его аромат и тепло действуют почти магически и я быстро погружаюсь в сон.
ГЛАВА 19. СЛОВО НА БУКВУ "Л"
Мне снится тревожный сон, в котором Матвей узнаёт о нашем с Макаром сговоре и отказывается от денег. Осознание того, что он не получит шанса снова видеть больно ранит меня, настолько, что я просыпаюсь посреди ночи. В голове ржавым гвоздём засела эта тревожная мысль. До утра я больше не смыкаю глаз, раз за разом прокручивая в голове все негативные варианты развития событий.
«Как бы страшно мне не было. нужно связаться с Максом на счёт денег. И дать толчок этому процессу. Чем быстрее я начну действовать, тем быстрее станет ясно, что делать дальше. Иначе я просто получу нервный срыв…»
Утром я готовлю завтрак для нас с Матвеем и иду будить его, когда всё уже почти готово. Спросонья он выглядит совсем как большой ребёнок. Моргая своими заспанными глазами, он потирает розовую щёку на которой остался след от смятой наволочки.