Он хлопает рукой по коленкам и я спешу на своё самое любимое место во всём мире. Сжав меня в объятиях, как маленького ребёнка, немного качая из стороны в сторону, он шепчет мне на ухо.
— Ты можешь быть совершенно спокойна, я же не вижу никого… кроме тебя…
Сладкий поцелуй прерывает настойчивый звонок будильника, который напоминает, что нужно спешить.
Я завожу Матвея в реабилитационный центр, где он работает. Потом заезжаю в больницу, передаю Макару домашнюю еду и еле успеваю приехать на работу к своему первому клиенту.
«Такой ритм жизни, конечно, тяжело выдержать. Но что поделать?.. Иметь… или не иметь, как в песне».
К счастью, сегодня немного записей и все они на первую половину дня. Мы с Матвеем договорились, что после работы я заеду к нему и вместе мы отправимся навестить его брата. Стрелка часов ползёт подобно улитке, когда я смотрю на неё каждые 5 минут, мысленно приближая момент встречи с Матвеем. Закончив работу, спешу к нему в реабилитационный центр, где он работает массажистом, после потери зрения.
Это внушительное здание, со множеством этажей и окон, от таких мест меня охватывает лёгкая грусть, ведь когда-то ты я мечтала стать врачом. Но из-за неуверенности в себе решилась только на профессию ветеринара.
Матвей должен был встретить меня на респшене. Створки дверей центра раздвигаются, впуская меня в прохладный холл. За стойкой сидит администратор, молодая симпатичная девушка, которая при виде Матвея встаёт, заливаясь румянцем.
— Привет Матвей. Мы с утра ещё не виделись, как ты проскользнул мимо меня?
— Я сегодня раньше приехал, тебя ещё не было.
— Сделать тебе кофе?
— Спасибо, но я ничего не хочу, может быть, моя девушка будет…
— Девушка?
— Эмм… Здравствуйте, — странным образом я вдруг чувствую себя третьей лишней в этой компании.
Она поворачивается в твою сторону, хватая воздух ртом, как рыба выброшенная на берег.
— Алина, будешь кофе, или, может быть, чай? — невозмутимо спрашивает Матвей.
Но выражение лица девушки, смесь удивления и возмущения, заставляет меня вежливо отказаться.
— Нет, большое спасибо, но я пас…
— Не знала, что у тебя есть девушка… И давно вы вместе? — сцепив зубы спрашивает медсестра.
Мои щёки вспыхивают от бесцеремонности этого вопроса, неужели они настолько близки.
— Ой, я уже и не помню. Алина, сколько мы вместе?
— Мне кажется… целую вечность, — первое, что приходит мне на ум.
— Вот и мне так кажется, — улыбается мужчина. — Лена, как придёт Сергей Евгеньевич, пусть проходит.
Мы идём по коридору в сторону кабинета Матвея и я почти физически ощущаю испепеляющий взгляд Лены на своей спине.
— Боже, у меня сейчас блузка загорится от её взгляда…
Короткий смешок Матвея, говорит о том, что он прекрасно понимает о чём речь.
— Так значит… целую вечность? — тихо спрашивает он.
ГЛАВА 20. ПРИВИЛЕГИИ
— Если верить в реинкарнацию, то, возможно, так и есть. В этой жизни мы только встретились, но на самом деле знакомы сотни лет… Ты веришь в такое? — спрашиваю я, вглядываясь в его лицо.
— Мне не хочется в такое верить, — он делает паузу и глубоко вздыхает. — Какой же я был тварью, чем заслужил подобную карму…
Матвей открывает дверь кабинета.
— Я тоже не особо верю в это.
— Думаешь, что всё в нашей жизни — банальная случайность?
— Не совсем случайность, скорее, последствия принятых когда-то решений.
— Знаешь, а ведь правда, я же знал об аневризме. Но я чувствовал себя прекрасно и не верил, что может случиться что-то плохое. На крайний случай, я думал, что умру, но не это…
— Но ты выжил, это главное…
— Ты ведь не знаешь, кем я был до операции.
— Расскажи, чтобы я знала…
— Я был мышиной, точной, сильной, бескомпромиссной… Мне всегда нужна была только победа, я не знал полумер… Буквально за месяц до операции, мне предложили контракт в США. Я готовился, выкладывался на полную… И, во многом, поэтому я забивал на тревожные звоночки. Мне всё было некогда… И вот, я здесь…
Он обречённо разводит руками…
"Со мной…" — грустно подумала я, но вслух, конечно, не произнесла эту жестокую фразу. Он не должен был терять всё, чтобы упасть в мои объятия.
— Как ты стал массажистом? — стараюсь сменить тему, чтобы не углубляться в свою депрессию.
— Благодаря этой работе мы с Маком держимся на плаву. Пенсия по инвалидности — сущие копейки… После того, как я потерял зрение, мне не сразу удалось понять, чем зарабатывать на жизнь. Как-то на улице меня встретил мой спортивный врач, он и предложил мне устроиться на обучение слепых массажистов.