Голову постепенно отпускает и я нахожу силы, чтобы принять душ. Платье приходится сдирать почти вместе с кожей, а трусики — извлекать из самых потаённых уголков тела…
"Быть женщиной иногда так отвратно…"
Контрастный душ приводит тело и разум в относительный порядок и я даже ощущаю что-то похожее на голод. Но стоит мне выйти из душа, как комнату оглашает незнакомый рингтон, от которого я невольно вздрагиваю.
"Хоспаде Исусе, что это ещё такое? Чёрт, у меня же ещё и телефон накрылся…"
В трубке звучит любимый бархатный голос.
— Доброе утро, милая… Не разбудил?
— Привет… Нет, я уже встала… Но проснуться пока не могу…
— Ты готова к моему сюрпризу?
— Только если он не в ближайшие пару часов…
— Нет, я не садист… Издеваться над тобой не буду. К трём часам мы с Макаром за тобой заедем.
— С Макаром? — стараюсь спрашивать спокойно, чтобы не выдать волнения.
— Не переживай, мы будем без него сегодня. Он просто подвезёт нас.
— Ясно. Ладно… К трём я буду готова…
Время до трёх часов тянется невыносимо долго, учитывая, что всё что я могу, это лежать в позе креветки и слушать звон в ушах. После обеда появляется немного сил привести себя в порядок перед свиданием.
В назначенное время Матвей звонит и я выхожу на улицу.
— Привет, — голос Матвея звучит неуверенно и это понятно, таким нарядным я его еще не видела. Волосы аккуратно зачёсаны назад и собраны в симпатичный хвостик. Синяя ткань стильного пиджака мягко облегает широкие плечи. Ворот белоснежной рубашки слегка расстёгнут, обнажая чуть больше кожи, чем обычно. А в из кармашка на груди торчит аккуратно сложенный платок.
— Привет… Кто-то принарядился, — мягко отмечаю я его старания.
Он привлекает меня к себе и нежно целует, исследуя ладонями тело.
— Ты вроде тоже не в мешке из-под картошки, — справедливо отмечает он, я в платье с нескромным декольте на тонких лямочках.
— Куда идём?
— Это будет секретом, до самого конца, — слегка драматично объявляет мужчина, так, что я не могу сдержаться от смеха.
— Звучит страшновато…
— Блин, я не мастер интриги, — смеётся он в ответ. — Надень пожалуйста вот это, — он протягивает мне чёрную маску для сна.
— Хм… Что ты задумал? — я сильно заинтригована, воображение рисует сцены из "Пятидесяти оттенков серого".
— Я покажу тебе… Свой мир, — от этих слов меня пробирает дрожь. Надеваю маску на глаза и меня окутывает тьма. Матвей помогает сесть в машину, где я сразу подвергаюсь слюнявой атаке дружелюбного Оскара.
— Оскар, фу… Отстань от Алины, — слышу я голос откуда-то слева.
— Привет. Как самочувствие? — с водительского кресла меня приветствует Макар, в его голосе отчётливо слышны нотки сарказма.
— Привет. Всё хорошо… Спасибо.
— Ничего не болит?.. Сидеть удобно? — не унимается младший из братьев.
— Мак, ты чего такой заботливый? — удивляется Матвей.
— Да так, чутка озаботился, — парирует Макар.
— Едь пожалуйста, а то опоздаем, — с нотками мольбы просит его брат.
Машина плавно трогается с места, чувствую как ладонь Матвея, находит мою. Наши пальцы сплетаются, как любовники после долгой разлуки.
— Куда мы едем? Предупреждаю, я не очень люблю сюрпризы, — как можно мягче стараюсь предупредить мужчину.
— Жаль, потому что я полон сюрпризов, — в голосе и правда слышится сожаление, прикрытое нотками веселья.
— Это точно… Однажды я нашёл у него в комнате что-то похожее на анальную пробку, только огромную, — Макар бесцеремонно вторгается в наш диалог. — А он сказал, что это сокодавка, прикинь!
— Мак, что ты несёшь? — смущенно отвечает Матвей.
— Чувак… Сокодавка…. Из какого фрукта ты давил сок? Из своего волосатого персика?
— Ты такой идиот… Алина, пожалуйста не слушай его, — я слышу как засмущался Матвей, он явно нервничает перед этим свиданием, обычной спокойной уверенности как не бывало.
— Ты вот не видишь, а она зубы сушит, — нагло подставляет меня младший.
Когда машина останавливается, Матвей просит меня подождать. Он выходит первым, и открывает мне дверь, подхватывая под руку, чтобы я не упала.
— Вот держи, — он вкладывает мне в руку что-то продолговатое. — Это белая трость, помогает незрячим ориентироваться в пространстве.
Он даёт мне краткие инструкции, как пользоваться тростью.
— Более отвратительного свидания невозможно придумать, — Макар в открытую высмеивает идею Матвея, как впрочем и всегда, деликатностью он не отличается.