"Боже, что я здесь забыла?"
Когда в одной из пар объявляется боец по кличке Табло, я вытягиваю шею чтобы разглядеть его, ожидая увидеть кого-то большого и страшного. Но он выглядит вполне обычным, за исключением малоприятной внешности и дикого звериного взгляда. А ещё меня поражают его мышцы, в красноватом свете софитов кажется, что с него живьём сняли кожу. Настолько рельефно выглядит его мышечный корсет. Видна каждая жилка, каждая венка, ни капли жира.
Когда начинается бой, понимаю, что Макар лукавил, когда говорил о его трусости. Он дерётся как машина, чётко и беспристрастно, делает выпады, захваты, броски. Проходит несколько минут, и его спарринг-партнёр уже бьёт ладонью по полу.
Но вот выходит Макар, я с трудом узнаю его в непривычной обстановке. На его лице нарисована широкая чёрная полоса, проходящая по глазам. Толпа взрывается диким криком и скандирует одно слово:
— Слепой! Слепой! Слепой!!!
Он приветствует противника лёгким кивком, и начинается их бой, за которым внимательно следит заклятый соперник Макара. Табло не отводит глаз от ринга, они сверкают злобным огнем. И, когда Макар побеждает соперника, я вижу ликование на лице этого человека.
"Он тоже ждёт этого боя… Как и Макар…"
Финал был давно предрешён, и всё происходящее ранее, было всего лишь прелюдией, разогревом для кровожадной толпы. Софиты меняют свет на зелёный и красный, разделяя зал на две части. Холодные синие отблески света скользят по потной спине Слепого. Красные всполохи подсвечивают силуэт его соперника. Толпа тоже делится на две части, и каждая скандирует имя своего фаворита. Звучит сигнал к бою:
— Файт!
Но ни один из бойцов не спешит в атаку. Табло не выдерживает первым.
— Ну же… Ссыкло, иди сюда! — кричит он.
— А ты иди на хуй, — дерзко задрав подбородок, бросает Макар.
— Ты зассал, потому что отсосёшь! — злобно бросает Табло.
— Как твоя сестра мне? — с ухмылкой спрашивает Макар нарочито громко, чтобы услышали все.
— Что ты сказал, мразота?
— Отсосу как твоя сестра мне? Ты всё услышал, чёрт?!
— Ах ты пи*арюга! — Табло срывается с места, и в ярости бросается на Слепого, но тот уходит в сторону, и сделав подсечку, опрокидывает соперника на пол.
Ловким движением он делает крепкий захват, и душит противника ногами. Кажется, что победа близка, но Табло выворачивается, седлает Слепого, и безжалостно молотит ему по лицу. Явственно слышу эти жуткие хлюпающие глухие звуки ударов даже через вой толпы.
"Ну же, Макар… Борись!"
Будто услышав твои мысли, Слепой выворачивается, и делает захват ногами вокруг шеи противника. Соперник изо всех сил старается скинуть с себя мёртвую хватку, и в отчаянии машет руками, но не дотягивается. Молниеносное движение, и вот правая рука противника оказывается в тисках рук Слепого. Ногами от продолжает душить Табло. А его правую руку вытягивает, и используя своё плечо, как рычаг, ломает её в локтевом суставе. В первых рядах явственно слышен омерзительный хруст ломающейся кости и дикий вой.
— Сука! Тварь! Аааааааа! Он мне руку сломал! Стоооп! — вопит Табло, я в ужасе не могу отвести глаз от происходящего.
— Стоп! — рефери останавливает бой, и под вой толпы поднимает руку Слепого вверх.
Когда белый софит выхватывает его лицо из мрака, вижу сплошное месиво из крови и лоскутов кожи. Его улыбка похожа на звериный оскал, кровь струится из разбитого носа и губ, зубы все в крови.
"О Боже!"
Кровь капает на ринг, окрашивая его в красный.
— Победа достаётся Слепому!
Ему вручают какую-то награду, которую он тут же суёт в руки одной из девчонок, заворожённо глядящих на него из толпы. Конечно ему не нужны эти титулы. Этот бой был даже не из-за денег. Он отомстил, сломал ту руку, которая убила Оскара.
Помутневшим взглядом он находит меня, и пока толпа не успела опомниться, мы убегаем из зала прочь, на свежий воздух. До последнего я боюсь, что нам не откроют двери, и придётся остаться здесь навсегда, и нас убьют или покалечат. Но секьюрити щелкает замком и выпускает нас.
ГЛАВА 41. ЭФФЕКТ БАБОЧКИ
На улице Макар, вдруг, сгибается пополам.
— Больно? — с тревогой спрашиваю я, пытаясь разглядеть в темноте его лицо.
— Нет блять… Приятно… Давай быстрее двигай булками, пока нам ноги не переломали, — гневно шипит он.
От этих слов мой желудок, кажется, взлетает к горлу. Макар хоть и еле ползёт, но я всё равно с трудом успеваю за ним.
— Они знают, где я живу. Домой нельзя ехать…
— Тогда ко мне? — спрашиваю я, голос дрожит.
— Ну, а куда блять? На вокзал?.. Конечно к тебе… Не тупи…