— Ну если в нашей армии все такие, то в будущем ничего хорошего не жди.
— Люди! Нам нужны мужчины!.. Мужнины, а не такие сухари! — снова закричала блондиночка.
Я ничего не ответил девушкам. Молча проработал до конца дня, а вечером подошел к Шлавинскому и сказал:
— Хочешь завтра поехать с девицами вместо меня? Все они очень милы, хорошо воспитаны. Тебе наверняка понравятся.
В тот же вечер было приказано составить списки лиц, которые умели водить трактор и имели права. Вместе с Руди Эрмишем и Паулем Кольбе записался и я, так как уже не раз работал в сельскохозяйственном кооперативе на машинах, а сейчас хотел научиться обрабатывать землю прицепными машинами. «По крайней мере буду подальше от ребят, да и от этих сумасшедших девчат», — подумал я.
Из солдат, умеющих водить машину, организовали отдельную бригаду, которая должна была работать в ночную смену. Бригадиром назначили Руди Эрмиша. Затем мы попросили директора МТС закрепить за нами машины. Мне не повезло: достался старенький трактор. Сделав по двору МТС несколько пробных кругов, я обнаружил неполадки при левом повороте. Натянув на себя комбинезон, взялся за ремонт, который оказался довольно сложным, к тому же запасные детали приходилось буквально воровать. К обеду ходовая часть моего трактора была отремонтирована, и я отважился выехать на нем за ворота МТС. Но радость моя была преждевременной: через пять минут я обнаружил другой дефект. Пришлось ремонтировать сцепление. А вечером, когда уже стемнело, выяснилось, что фары почему-то не горят, а без них я не мог выехать в поле. Провозился до позднего вечера, а когда пришло время выезжать на смену, уже до чертиков устал.
Однако, несмотря на это, моя первая смена прошла хорошо. Так каждую ночь я выезжал на своем железном коне в поле и работал до пяти часов утра, пока на востоке не загоралась узкая полоска утренней зари. Через несколько дней я уже не только не отставал от более опытных ребят, но даже как-то обработал больше, чем положено гектаров, чем немало удивил Руди Эрмиша.
— Вот уж чего от тебя не ожидал, так не ожидал, Фред. А я-то думал, что ты самый настоящий горожанин, — сказал он мне.
Однако я не всегда выполнял норму. Частые поломки трактора отнимали у меня много времени, тем более что ремонтировать его приходилось мне самому, да еще ночью в поле. Особенно тяжело приходилось после дождя. Как-то после сильного дождя мне пришлось простоять больше трех часов. Трактор, казалось, намертво увяз в липкой грязи. Часа два я ходил по обочине дороги и, освещая себе путь карманным фонариком, искал камни, чтобы подложить их под гусеницы и выехать из ямы. Вокруг — ни души, и до села довольно далеко. Это была ужасная ночь.
Когда пошла вторая неделя, к нам приехал капитан Кернер. Настроение у него было отличное. Все его изобретения министерство утвердило. Лейтенант Бранский доложил ему об успехах бригады трактористов. После обеда капитан построил нашу батарею и объявил благодарность лучшим трактористам, среди которых был и я. Наложенное на меня взыскание сняли.
Но радость моя была недолгой. Когда я, получив благодарность, встал в строй, Руди Эрмиш дернул меня за рукав и шепнул:
— Посмотри, кто стоит у полевой кухни.
Я взглянул в направлении кухни и увидел солдата, правая рука которого была забинтована. «Значит, Дач приехал. Интересно, какие новости привез он из школы?» — мелькнуло у меня в голове.
После того как батарею распустили, я отозвал Дача в сторону и спросил:
— Как ты здесь очутился?
— Капитан Кернер взял меня в свою машину, — с гордостью ответил Дач.
— Ну а как дела в школе? — с притворным равнодушием спросил я.
— Все в порядке.
— Ну как, ты нашел общий язык с ребятами?
— Конечно. Ребята очень хорошие.
Я осторожно приближался к тому, что интересовало меня больше всего.
— Пришлось тебе обращаться за помощью?
— О какой помощи ты говоришь, Фред?
— К учителям ты обращался?
— Да нет.
— А Софи?
— Твоя Софи заходила пару раз, дала несколько советов, и все.
— Так. А как у нее дела? — поинтересовался я.
— Как это — как дела? Как всегда.
— Она здорова?
— Разумеется, здорова.
— А как выглядит?
— Фред, ты так спрашиваешь, будто не видел ее несколько месяцев.
Я сделал вид, что не слышал его упрека.
— Она что-нибудь передавала?
— Нет, — ответил Дач. — Когда я видел ее последний раз, еще не знал, что поеду сюда.
— Вот как… — Я немного успокоился.
— Назад я не поеду, — сказал Дач. — Капитан Кернер сказал, что, если я хочу, могу остаться здесь. Я, конечно, останусь с вами. Со школой ничего не случится. Все равно на следующей неделе вы вернетесь, и ты сам будешь заниматься с ребятами. А я, чтобы не сидеть сложа руки, буду что-нибудь делать на кухне. Наш старшина согласен.