Смог дойти только до пассажирского сиденья, не имея возможности отойти от нее. Так хороша была Вета в своей независимости. Одним словом, я потерял контроль. Целовал ее так, что мое желание обладать ею стало навязчивым до боли в чреслах, а когда моя рука добралась до ее груди, я застонал. Это вернуло меня в действительность. Взглянул на Вету, и в ее глазах увидел замешательство от произошедшего. Я сам был в таком же состоянии, и не знал что делать с этим. В какое-то мгновение, она оттолкнула меня, соскочила с подножки автомобиля и убежала.
Я только и смог с удивлением произнести ее имя, а девушка исчезла так быстро, как будто это было наваждение.
Нет, это мне снесло крышу, - пронесся в мыслях единственный ответ.
Не только девушка напугалась, но и сам испугался. У меня скоро заводы разорятся, а я в любовь играю.
В любовь? Я реально об этом подумал? Я и любовь? Я и чувства?
Сел за руль. Что-то с головой моей непорядок. Вета, конечно, привлекательная девушка. Но таких, пруд пруди. Вот и славненько, что ты это понимаешь, - заводя двигатель, говорил я себе. Повторяй и дальше. Дома тебя ждет Инна, еще та горячая штучка в постели, поезжай и отрывайся, - уговаривал. Но почему-то сердцебиение от происшедшего не приходило в норму. А Инна не прельщала. Домой ехать не хотелось. Снова на завод? Туда тоже не тянуло, на счетах много не нароешь. А у меня помимо этого много текущих неразрешенных вопросов. Съезжу-ка я к отцу. Спрошу в неформальной обстановке про производство, может, что всплывет в разговоре с ним.
Мама меня встретила радостно. Потащила за стол, угостить черничным пирогом. От него не отказался, тем более в ресторане дело до десерта не дошло. Но зря я думал расслабиться, под чай мама решила промыть мне мозги, которые и без того были в нерабочем состоянии.
- Вкусный пирог?
-Да, мама, обалденный, - оценил я, - каждый день так и ел бы, - сказал, а сам подумал, лишка будет, так недолго и живот отрастить.
- Вот сынок, женишься, и будет тебе жена твоя готовить, а я рецептом поделюсь, - улыбаясь, сказала она.
Я чуть не подавился.
- Мама, тебе-то я что плохого сделал? Мне и без жены хорошо живется.
Вот знал бы, что она заведет свою шарманку, не садился бы чай пить, сразу к отцу пошел бы. Тот прилип к телевизору к футбольному матчу, не хотел отрывать. Но благими намерениями вымощена дорога в ад.
- Да уж, вижу, что хорошо. А о детях ты подумал? Тебе уже 37 лет. Когда на ноги детей ставить будешь?
- Мама, каких детей? Таких, как Антон? Барчук, эгоист, лентяй?
- Ну, какими они будут, это тебе уже решать, - поджав губы, ответила мать. - И нечего Антона хаять, он еще маленький.
- Вот-вот, мама, мне решать, - погладив ее по плечу, рассмеялся я. Допил чай, поднялся. Поцеловал ее в щеку. - Пойду, с отцом надо переговорить.
- Вечно ты от серьезных разговоров уходишь, - взбунтовалась мать.
- Женитьба моя - серьезный разговор? Мама - это если только для тебя, - отмахнулся я, - у меня главное - работа моих предприятий.
- Сын, попомнишь еще мои слова, да будет поздно, - мрачно предрекла она.
Отец ничего нового мне рассказал. Глядя в экран пробормотал, что расходы сырья на продукцию не превышают нормы, технология соблюдается, и, если вопросы серьезные, на работе поговорим.
Ясности поездка к отцу не добавила. Но мысли не дающие покоя надо бы затушить. Решил податься в тренажерный зал в своем фитнес-центре. Натягался железок до одури.
Домой вернулся уставшим физически, но не морально. От мыслей, кто ворует у меня предприятии, так и не избавился. Закрылся в кабинете от Инны. И, в связи с тем, что накануне воскресенье, решил надраться виски. Но просто сам с собой - скучно, взял в компаньоны рабочий компьютер. Вошел в него через TeamViewer с домашнего. На полбутылке перестало все волновать - работа, Инна, которая стала сотрясать воздух, что сидит в выходной дома. Помню только, сказал ей, что она свободна от меня, перед тем, как упал на кровать и уснул.
- Как ты мог?
Сквозь сон услышал я. Медленно открыл глаза. Утренний свет освещал комнату. На широком прикроватном пуфе сидела Инна и со злостью смотрела на меня.