– Я тьма, и звать меня Тьма, – после этих слов вокруг похолодало, свет вновь погас, и лишь за их столиком остался небольшой островок зелёного сияния. Повеяло морским бризом, то тут, то там начинала звучать инструментальная музыка, не похожая на современную, которую и музыкой уже назвать нельзя.
– Как? – Ника вскочила, опрокинув стул. Когда ты человек, сложно поверить в сверхъестественное. И в тоже время каждый хочет поверить в сказку. Но в то, что всё это происходило в реальности, было жутко верить.
– Наверное, я умерла? – делая шаг назад, прошептала Ника. Не может всё так гладко быть. Красивый мужчина, еда, которую она так любит. Музыка, которая нравится.
Не бывает такого!
Просто никак и никогда!
Бесплатный сыр лишь в мышеловке.
– Нет, ты жива, – вслед за ней встал мужчина и оказался мигом рядом с ней. Она являлась запретным плодом. А время подходило к концу. Ему следует забрать её или стать вновь ребёнком, чтобы родиться вновь. Это оковы, какие принимает Тьма. Но сейчас и сама тьма в замешательстве, что сделать и как быть?
– Жива? – вопрос прозвучал печально. – Тогда почему все эти годы я ощущала грусть? Тоску? Боль?
Всё накопленное ранее выплескивается в слёзы. Как и воспоминание, всплывающее в памяти Ники, её ли или чужое, про слепую девушку, не видящую мир. Он никогда не искал ту, что дала ему жизнь, а обещал всегда оставаться рядом.
– Предатель! – отшатнулась Ника, обнимая себя руками. – Тебе всегда скучно, а подумать о других? Ты хоть раз вспоминал её? А я? Кто я для тебя и почему мне важно знать это? Я не понимаю!
Вокруг уже начали собираться тени. Они пускали слюни на живую плоть, их голод велик, как и всегда. Им нужна плоть или плата. А плата всегда велика. В их окружении начинаешь понимать, что либо мир, либо одна жизнь взамен на благо всего существующего. Поэтому тени ждали, что предпримет Тьма, надеясь вцепиться острыми зубами в мясо.
– Ты моя любовь, – вымолвил Тьма, отпуская сдерживающие себя оковы. Третий рискованный выход – отдать часть сил ненасытным теням. Он и представить не мог, что когда-то сделает это для человека. А сейчас понимал, что давно должен был поступить именно так. Вот что ждали все от него всё это время.
Ника не испугалась за себя и того безобразия, которое начало происходить вокруг. Сердце затрепетало, наивно и глупо.
Мечты.Она вспомнила их, в них тьма всегда была живой, и сейчас ему плохо. Безрассудно девушка кинулась к мужчине, несмотря, что тени пытались отщипнуть частичку живого.
– Сон… – одними губами промолвила Ника. – Тот сон – правда.
– Сон? – отдаляясь от неё, вымолвил Тьма в недоумении.
– Прости!
Ника обняла Тьму, целуя его в губы. Луч света возник из ниоткуда и прошёл сквозь сердца девушки и тьмы, пронизываяих насквозь.
Кто-то из недругов давно планировал покушение, и у него бы всё вышло, если бы не Судьба. Она помогла по-своему, понимала, что нет ей прощения за то, что сейчас произошло, но только так возможно было защитить мир людей и Межмирие. К сожалению, другого выхода нет.
Родится новая Тьма и создаст свой мир. Мир, где тьма и свет – есть озаренье. В ней будет всё и в тоже время – ничего. Родится девушка, что будет прятать лик под образом мужчины.
Но это совсем другая история.
А сейчас Тьма вновь спасает девушку, даруя на этот раз той бессмертие. Делая практически равной себе. Теперь теням не нужна подпитка, ныне именно Ника будет править миром теней, и имя ей дадут Тень. Так велит мир Межмирия и их традиции.
– Глупышка, – шепчет Тьма, покрывая поцелуями лицо девушки. – Ты теперь навсегда моя!
– Твоя?
– Моя!
– А это мы ещё посмотрим, – упрямо выдыхает Ника, ощущая прилив небывалой силы.
– Обязательно, – смеётся Тьма, впервые ощутив человеческое счастье.
Несколько лет спустя
– Ли Мин Хо! – кричит маленькая девочка возле телевизора и взвизгивает, узнав о новой дораме с его участием. – Мама, папа, смотрите, смотрите! Он чудо, не так ли?
– Да, да, принцесса, – соглашается женщина в возрасте, укачивая маленького мальчика. – Но тебе пора спать, как и Тимуру.
– Ну, мама! – обижено надувает губки девочка и подбегает к отцу, который раскрывает объятия для своей чудо-дочки. – Пап, ну хотя бы ты скажи ей.