Пассажиры ёрзали на своих местах. Спрашивали друг друга:
- Что случилось? Почему стоим?
- Опять авария! Опасное место! - сказал один. – Столько уже убилось на этом участке!
- Да, да, - подхватил другой. – Два года назад парнишка в кювет улетел! Помните? В новостях говорили…
- Да, - включился в разговор третий. - А до этого здесь женщину пожилую сбили… Говорят, их призраки до сих пор бродят где-то в этих окрестностях...
Я старалась не прислушиваться к разговорам в салоне. Мне не за чем было знать эти истории про аварии и покойников. Я и без того часто просыпалась от ночных кошмаров. А точнее от одного и того же кошмара, который видела уже много лет...
За окном давно стемнело. В салоне тускло горел свет. Анютка в дороге заснула и сейчас мирно посапывала на моём плече. А я смотрела на своё отражение в стекле и размышляла о том, как быть дальше.
Мы с дочкой прожили в посёлке шесть долгих лет, а теперь нам предстояло вернуться в город и начать всё сначала.
"Ничего, всё образуется! – мысленно успокаивала себя. - Поселимся в нашей квартире на "Крылатом". Она всё равно сейчас пустует. Найду работу, устрою Анютку в детский сад..."
А за окном тем временем уже мелькали огни большого города. Когда-то я бежала отсюда, надеясь укрыться от воспоминаний в посёлке. Но теперь поняла, что не хочу больше прятаться.
- Я нарушу своё обещание... Прости... - прошептала своему отражению.
***
Н-ск встретил нас дождём и мокрым снегом.
Как только мы с дочкой вышли из «газели», меня ослепили фары стоящей неподалёку серебристой "хонды стрим". Она сорвалась с места и стремительно пронеслась мимо нас, едва не окатив грязью.
Я проводила её взглядом. Сердце в груди больно ёкнуло: "Это он! Нет, показалось. У его машины был другой номер…"
Правую руку оттягивала тяжёлая спортивная сумка, на левой висела ещё сонная Анютка. Порывистый ветер, то подгоняя в спину, то ударяя в лицо холодными мелкими дождевыми каплями, норовил сдёрнуть с головы капюшон осенней куртки. Постоянно поскальзываясь на обледенелом асфальте, я шагала по родному "Крылатому".
За минувшие годы здесь многое изменилось.
Супермаркет "Удачный" превратился в супермаркет "Берёзка". Аптека напротив остановки уступила своё место салону сотовой связи. За домами выросла новая высотка...
Только в нашем подъезде всё осталось по-прежнему. Как и шесть лет назад здесь было темно, сыро и накурено. Лифт привычно скрипел и шумно хлопал дверью.
- Мама, зачем мы сюда приехали? Игра уже закончилась? – стонала Анютка, пока душная кабина поднимала нас на пятый этаж.
В ответ на последний вопрос я едва заметно кивнула. Да, закончилась…
- Поживём немного у бабушки, солнышко, - ответила я, стараясь унять дрожь в голосе. – Помнишь, ты говорила, что соскучилась?
Дочка кивнула, закусила нижнюю губку и опустила головку. Она чувствовала - что-то не так, не спроста мы так спешно к бабушке поехали. Но расспрашивать не стала.
Сразу из лифта мы ступили на порог деревянной, обитой коричневым дерматином, двери. Мама собиралась со временем заменить её на металлическую, но руки так и не дошли.
Я надавила на кнопку звонка. Дважды. Это с детства был наш условный сигнал. Чужие обычно звонили один раз.
Никто не открыл.
- Наверно, к Олегу уехала, - пробормотала я и принялась рыться в карманах в поиске ключа.
Тот легко провернулся в замочной скважине. Я дёрнула ручку на себя, но дверь так и осталась заперта.
Я уставилась на неё в недоумении и только тогда заметила ещё одну замочную скважину, расположенную выше двух других.
Как же я сразу не обратила на неё внимания!
"Мама вставила ещё один замок? Зачем?"
Я достала из внутреннего кармана куртки старенькую «нокию» и набрала мамин номер.
В трубке раздалось противное пищание, а за ним механический голос ответил мне:
- Аппарат абонента выключен или находится…
- Да что же за день сегодня такой? – проворчала я и принялась звонить Олегу.