- Тётя Глаша? - я поднялась в полный рост и стала спускаться к старушке. - Здравствуйте!
Та скинула капюшон и, сощурившись, пригляделась.
- Хто тут? Ни черта не видно! - громко заохала она с присущей старикам скрипучестью в голосе.
Когда тётя Глаша, наконец, узнала меня, она заохала ещё громче:
- Катя, ты что ль? Да как же ты тут?! - старушка кинулась обниматься. - Здравствуй, милая! А это Анютка с тобой? - она кивнула на девчушку, притаившуюся у почтовых ящиков. - Ты посмотри, какая большая выросла!
- Да, тётя Глаша! Мы к бабушке приехали, да вот...
- Так нет их! Ты не знаешь, что ль? Ой, да что мы тут в темноте этой! Пойдём ко мне, я вас чаем напою. Обо всём поговорим!..
***
Тётя Глаша проводила нас на кухню.
Единственным освещением здесь была одинокая лампочка без люстры. В её тусклом оранжевом свете и без того небольшое помещение казалось ещё более тесным и мрачным.
Тесноты добавляла и сама обстановка. Старый холодильник, зачем-то придвинутый к окну, кухонный гарнитур с потрескавшейся облицовкой, покосившаяся от времени мойка, плита с застарелыми жирными пятнами на треснутых конфорках и навесные ящики по всему периметру.
Выглядели они устрашающе. Казалось, вот-вот сорвутся со стен. В одном из них отсутствовали дверцы, выставляя напоказ всё содержимое полок.
Мягкий кухонный уголок с потёртой обивкой и застиранной скатёркой на столе "съедал" половину всего пространства. Обои с мелким рисунком промаслились и местами отошли от стен. В окне без занавесок, словно в зеркале, повторялась печальная обстановка кухни.
"Тётя Глаша всегда была такой аккуратной. Как же она так запустила свой дом?" - с грустью подумала я, усаживаясь за стол.
Старушка словно прочла мои мысли.
- Ты не думай, деточка! Я не такая уж неряха, - проговорила она, разливая по чашкам ароматный чёрный чай. - Просто, как Стёпушка мой два года тому назад помер, так руки и не поднимаются ни на что. Первое время вообще с постели не вставала, всё плакала, плакала. Просила его, чтобы меня к себе забрал. А он пришёл как-то ночью, встал так подле кровати и говорит: "Не время, Глашенька, поживи ещё!". И так за руку меня взял и гладил, гладил, а потом исчез.
Анютка слушала старушку, раскрыв рот, а потом как выпалит:
- Бабушка! Он что, привидением стал?
Я легонько пихнула дочку локтем. Мол, перестань.
А тётя Глаша встрепенулась:
- Ой, да что вы меня, старуху, слушаете! Давайте чай пить! Я пряников купила!
Мы пили чай, а тётя Глаша рассказывала:
- Мать-то твоя квартиру сдала, знаешь?
Я кивнула, поднося горячую чашку к губам:
- Уже догадалась!
- Ага, ага, - тётя Глаша откусила пряник. - Там вон высотка на углу, - она мотнула головой в сторону окна. - Эти там квартиру купили. К весне ремонт сделают и съедут.
- Всё ясно, - я опять кивнула и сделала глоток. – А мама с Олегом где? Не знаете? Не могу до них дозвониться!
- Да по какой-то горящей путёвке, чёрт его знает, буквально два дня назад укатили... Ты не знаешь разве?
Возможно, мама говорила мне. Только, видимо, я и это прослушала...
- А надолго укатили, тётя Глаша? - спросила, отправляя в рот кусочек пряника.
- Да дней на десять вроде. Скоро приедут, не переживай!
- Как же нам быть теперь с Анюткой? - произнесла растерянно.
То были просто мысли вслух, но тётя Глаша сразу отозвалась:
- А вы у меня оставайтесь! И мне будет, с кем поговорить, и вам ничего выдумывать не придётся!
- Тётя Глаша, не удобно как-то...
- Живите, живите! Места много! Мне в таких хоромах теперь куда одной? А вдруг помирать стану, ты мне хоть скорую вызовешь!
- Перестаньте, тётя Глаша! Вам жить и жить ещё! - сказала я, убирая чашки со стола. - И спасибо вам огромное! Мне вас Бог послал сегодня. Если бы мы вот так на площадке не встретились, сама бы я к вам позвонить постеснялась...
- Добре, добре! Есть Боженька! - закивала тётя Глаша. - Ты так и не рассказала мне, откуда ты в городе так поздно? Что у тебя стряслось?..