Выбрать главу

Теперь я просто обязана была попасть на вокзал, чтобы увидеть её своими глазами.

В назначенное время я была на месте. В зале ожидания было много народу. Я смешалась с толпой и принялась высматривать Андрея. Люди сновали туда-сюда, но Андрея среди них не было. Наконец, в противоположном конце зала я увидела знакомый пуховик. Это был он. Они с мамой уже проходили через турникет. До отправки поезда оставалось менее пяти минут. Андрей и его мать быстро удалялись в сторону железнодорожных путей. Я видела только их спины. Думала, что в какой-то момент Андрей почувствует, что я наблюдаю за ним, и обернётся… Но он слишком спешил.

Конечно, не было никакой другой девушки! Это меня, дуру, снова накрыли фантазии!

На обратном пути я ругала себя: «Как я могла усомниться в любимом! Андрей просто не хотел, чтобы я опять плакала, когда придёт время прощаться. Поэтому, увидев, что я заснула, решил исчезнуть по-тихоньку…»

А я всё равно плакала. Смотрела на нашу фотографию и плакала. Слёзы сами катались из глаз. Ещё, как назло, день выдался такой серый, пасмурный. Небо грустило вместе со мной.

Мне опять было одиноко в этом огромном городе. Точно так же, как в то лето, когда мы с мамой только-только переехали сюда. У меня опять не было друзей. Мы с Сашкой на тот момент не общались уже два месяца, полностью игнорируя друг друга. Она всюду ходила с Зойкой, и всем своим видом показывала, что я ей больше не нужна. Помню, я даже смирилась с этим.

«Бог с ней, пусть продолжает злиться, если ей так этого хочется! Пусть дружит с Зойкой! Пусть вообще делает, что хочет!» - однажды сказала я себе.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но тогда у меня был Андрей, и никто больше мне был не нужен. А теперь, когда он уехал, я почувствовала себя такой одинокой, что готова была забыть все наши разногласия с Сашкой. Позвони она мне в тот момент, я бы простила ей всё. Но она, конечно, не звонила, а свой первый шаг ей навстречу я уже делала, и ничего хорошего из этого не вышло.

Теперь, как мантру, я повторяла себе:

- Скоро лето! Скоро Андрей приедет и заберёт меня!

Проплакав весь день, к вечеру я всё же заставила себя сесть за уроки. За последние две недели я отстала по всем предметам. И теперь нужно было навёрстывать упущенное.

Когда я сидела за своим столом, зарывшись в учебники, ко мне в комнату заглянула мама. Она знала, что Андрей утром уехал, и они с Олегом приехали поддержать меня.

Мама неслышно подошла и положила руки на мои плечи.

- Милая! Как ты?

- Нормально... Уже нормально... - не оборачиваясь, ответила я.

Не хотела, чтобы мама видела моё опухшее от слёз лицо. Но мама и так всё поняла. Она всегда чувствовала, когда мне плохо.

- Не переживай, милая! - мама, как в детстве, погладила меня по голове. - Всё будет хорошо! Лето наступит очень скоро! Не успеешь оглянуться... Я, помню, твоего отца из армии два года ждала. Тоже плакала с утра до вечера, когда он ушёл...

С тех пор как мама сошлась с Олегом, мы редко говорили об отце. Но я знала, что она всегда помнит о нём.

- Я справлюсь, мама! Правда... - я накрыла мамину руку своей ладонью. - Уйду с головой в учёбу... У меня...

Я хотела сказать: "У меня куча долгов накопилась!", но вовремя прикусила язык. Не стоило говорить маме про мои прогулы.

- Да, у тебя Сашка есть! - подхватила мама. - Будете опять всюду вместе гулять. А то совсем она пропала что-то... Пригласи её к нам как-нибудь!

При упоминании о Сашке мне стало ещё печальнее. Мама о нашей ссоре не знала. Я была так обижена на подругу, что предпочла вообще о ней не говорить. И как теперь объяснить маме, почему я не могу пригласить Сашку к нам в гости? Поэтому я соврала:

- Да, мама, как-нибудь позову...

"03 декабря, понедельник. Конечно, я опоздала на зачёт!"

Просидела над учебниками до поздней ночи, а с утра с трудом оторвала голову от подушки. Ещё эта пробка на Булавской! Но, к счастью, когда утром я, взъерошенная и запыхавшаяся, проскочила в нашу аудиторию, никто не обратил внимания на моё появление.

Тут творился полный хаос! Я уже готовилась к тому, что меня собьёт с ног свирепый взгляд Лариски. Но на её месте сидел незнакомый мне молодой преподаватель в сером костюме и галстуке-бабочке.