Лифт в этом доме не был предусмотрен, и нам пришлось подниматься пешком. Изнутри дом выглядел ещё страшнее, чем снаружи. Зелёная краска со стен облупилась, с потолка свисали лохмотья старой штукатурки. На каждом этаже надписи из серии "Рэп - кал" и "Светка - шлюха" ну и, конечно, повсюду «наскальная живопись» - пенисы, сиськи и задницы.
На пятом этаже на пороге одной из квартир спал мужчина. Мы едва не запнулись о его ноги. На бомжа он не был похож. Скорей всего, чей-то провинившийся муж-алкоголик.
Наконец, запыхавшиеся мы добрались до последнего девятого этажа. Сразу напротив ступенек квартира Гарика. Входная дверь, обитая рейкой, старая и обшарпанная, со следами от обуви в нижней её части.
Макс дважды нажал на прожжённую сигаретой кнопку звонка, и громко постучал в дверь кулаком.
- Открывай, мразь! Я знаю, что ты дома! - крикнул он и снова дважды ударил по кнопке звонка.
Прошло минут пять, не меньше, но дверь никто не открывал. Макс снова и снова колотил по двери кулаком, пинал её ногами, и выкрикивал матерки в адрес Гарика. Я была уверена, что жильцы соседних квартир уже прильнули к своим дверным глазкам и, затаив дыхание, наблюдали за нами.
- Открывай, урод! - прокричал Макс, когда по ту сторону двери, наконец, послышалось звяканье ключей.
За ним последовал скрежет в замке и наружу выглянул заспанный Гарик. Он распахнул дверь и предстал перед нами в растянутой футболке и спортивных трико с пузырями на коленях. По его помятому лицу и взъерошенным волосам было понятно, что мы его разбудили. Он сощурился, разглядывая нас.
- О, ребя.... - Гарик не успел закончить фразу, как Макс бросился к нему, дёрнул за ворот футболки, выволок на площадку и захлопнул дверь.
От неожиданности Гарик сразу проснулся:
- Макс, в чём дело? - спросил он, переминаясь босыми ногами на холодном бетонном полу лестничной клетки.
- В чём дело? - Макс перекосило от злости. — Это я тебя хочу спросить?
Он по-прежнему держал Гарика за футболку и на последнем слове с такой силой толкнул его на стену, что тот ударился затылком. Несмотря на то, что Гарик был старше Макса на три года и выше его на 1,5 головы, в сложившейся ситуации он казался абсолютно беспомощным.
- Ай! - Гарик зажмурился от боли и приложил руку к голове. - Да что с тобой, Макс?
- Не вырубаешься, сволочь? - Макс, наконец, разжал кулак, которым удерживал Гарика, и полез во внутренний карман куртки. - Сейчас, покажу, что со мной...
Он вынул из кармана нашу фотографию и ткнул ею в лицо ничего не понимающего парня.
— Это твоих рук дело, гондон? - прохрипел Макс.
Гарик взял снимок и посмотрел на него:
- Ну да, да... Это я делал... - пробормотал он и даже слегка улыбнулся краешками губ. - Но это же прикол! Ты же понимаешь!
- Хм, да, я оценил! - кивнул Макс. - Но на хрена ты, придурок, эту фотографию Андрюхе отправил? - он снова схватил Гарика за футболку и второй раз приложил затылком о стену.
- Ай! - Гарик опять скорчился от боли. - Я ничего не отправлял, клянусь! Я просто сделал эту фотографию...
Тут вступила в разговор я:
- А откуда ты взял мою фотографию?
Я спросила совершенно спокойно. Гарик выглядел сейчас настолько жалко, что на него нельзя было злиться.
- Просто ответь!
- Она мне принесла... - отвечая на мой вопрос, "музыкант" широко распахнутыми глазами смотрел на Макса. - Она сказала, что хочет разыграть Катюху. Я подумал, что если на фотографии вы будете вдвоём, так будет смешнее... Я сделал эту фотку и отдал ей. Больше я ничего не знаю, клянусь.
- Кто она? - прохрипел Макс и в третий раз прижал Гарика к стене.
Тут дверь его квартиры приоткрылась, и на площадку выглянула симпатичная девушка лет пятнадцати. Увидев Макса, она просияла:
- О, привет! Это ты тут буянишь, дикарь? Что, опять мой братец чего-нибудь натворил? - она хихикнула, а затем, сверкнув глазами, добавила, - что не заходишь?
- Привет, Светка! - непринуждённо ответил Макс. - А я прям сейчас и зайду! Надо с братцем твоим кое-что перетереть!