Борьба зашла слишком далеко, воин в боевой ипостасии приготовился атаковать. Его наивная и хрупкая соперница замерла, интуитивно почувствовав угрозу. Потеряв ритм ее движений серпентин остановился, выжидал.
Матвей прикрыл глаза, чтобы воссоздать в сознании образ Агаты и предугадать ее действия. У него будет не больше нескольких мгновений, чтобы незаметно подобраться и помешать атаке. Перед ним всплыла прошлогоднее воспоминание в библиотеке. Пухлые, приоткрытые в ожидании, губы, казалось, если дотронешься, то ощутишь под кожей сок, как у спелого фрукта, и оторваться уже не будет сил. Глаза темного сапфирового оттенка смотрели на него открыто с безусловной любовью и уводили мысли в неправильном направлении. Он сосредоточился на коже шеи и начал движение между ударами сердца Агаты. Змея, опьяненная страхом жертвы, не обращала внимание на выверенные движения Матвея, подбирался в коридор так, чтобы оказаться на территории Земли… У граней портала вязкий воздух редел, образуя дымку.
Агата еще собиралась с духом. В ней мало силы, но отличная скорость. Когда по утрам она тоже приходила тренироваться, становилась далеко, чтобы его видеть, но чтобы он как ей казалось не заметил ее, то не просто копировала его движения, а импровизировала и добавляла танец там, где не успевала рассмотреть целиком. Ей нравилось “картинка”, поэтому мешала настоящие удары с постановочными, подсмотренными в фильмах, и шаги между ударами заменяла на танцевальные па. Это придавало очарование и непредсказуемость в борьбе с неискушенным соперником или вот как сейчас дразнило серпентна, злило и заставляло бездумно увлечься жертвой. Но когда она атакует, у нее не будет и шанса нанести даже малейший урон бронированной и натренированному на убийство змееподобному войну.
Он уже видел ее напряженные руки, отвлекающие на себя внимание серпентина. Ноги в полуприседе подрагивали. Правая стопа повернулась, Матвей сделал шаг, серпентин заметил общее движение и не распознал нового соперника между собой и жертвой. Его хвост заострился, он подобрался, Агата переместила вес на правую толчковую ногу. Мгновение. Девушка пришла в быстрое движение, серпентин бросился в атаку распахнув пасть. Матвей ступил на мостки из граней портала, левой рукой толкнул Агату в воду. Правой активировал световой меч и разрезал змее челюсть. Потом он спрыгнул с мотков в коридоре на территорию Роу-га-33.
— Сирэ-ка. Закрыть портал. — проговорил злым, но спокойным голосом. Его браслет и татуировка засветились зеленым. Грани исчезли.
Окровавленный змей, раздувая капюшон мышц, в удивлении уставился на Матвея. Самоконтроль растерялся и раздраженный, разъяренный, ущемленный в своем самолюбии он с шипением напал снова. Матвей поменял захват, щелкнул переключателем, и меч лазерной дугой лег у плеча, как щит. Соперник налетел на лезвие. Шаг назад, изменение вида меча и атака, Матвей разрубил с треском громадное тело серпентина.
***
удар-удар-удар-удар, разряд электрического импульса. Цифровое сердце вовсю стучало. Серентус спрятался. Он дышал и его кодировка плясала в неудержимом ужасе. Он был растерян еще пару секунд, а потом ринулся прятать то, что натворил.
***
Поднялась тревога. Низкие частоты, доступные для змей видимой волной ударялись в облака, чья внутренние малекулы шевелились и становились слышимыми для гуманойдов. Матвей, выключив меч, злой походкой возвращался к блок-посту. Навстречу ему бежал вооруженный отряд. Они окружили его, но руководитель отряда встретился глазами с Матвеем, тот положил руку на свой меч, указывая на свое “право” и намерение защищаться, и серпентин отдал приказ отправляться к трупу воина, а сам обратился к Матвею.
— что произошло?
— ваш воин был замешан в нарушении пространственных перемещений. Я вынужден был его ликвидировать. — ответил Матвей.
— Пространственных перемещений? Если он заметил открытие портала… — шипение выдавало, что серпентин не уверен в том, как следует поступать, поэтому тоже развернулся в сторону блокпоста, решив сопроводить Матвея самостоятельно и доложить руководству, чтобы те уже провели дознание и решили, что делать.
Но Матвей естественно не ждал никаких докладов и процессов разбирательств. Он вошел на блокпост и начал задавать вопросы первый: какие инструкции были даны войнам? Какова природа — почему тренированный воин сорвался и побежал охотится.