Плоские поверхности, похожие на планшет, увеличенный до размеров телевизора, были расположены в нескольких частях дома.
— конечно, Микхаэль, я не допущу, чтобы ваш подарок протух и завял. — сказал Серентус с достоинством служащего, всегда безупречно выполняющего обязанности.
— это просто знак внимания. Тут так принято. — усмехнулся мужчина, задавая на панели поиск плана дома и участка. — что-то ты не в духе, Серентус.
— мне не пристало демонстрировать эмоции. — сухо ответил цифровой голос.
- “не пристало”? русской литературой увлекаешься, — весело подтрунивал Михаил.
Искусственный интеллект молчал, в воздухе повисла напряженность, но лишь на мгновение.
— господин Матвэй не посещает дом уже несколько недель. Последние полтора года его визиты стали очень редкими. — не удержался в чопорной паузе и заговорил Серентус.
— Матвей занят. Этот год как никогда вышел тяжелым для “crosswords”. — Михаил прокручивал план дома и участка. — у тебя есть сохраненная карта деревни в дневном свете?
— я мог бы помогать не только в Аукшино. — с нотками обиды бубнил дворецкий. — Мои блестящие навыки…
— Серентус. я обрадую тебя. Ты скоро будешь переведен. — сказал Михаил, увеличивая план коммуникаций в доме.
— О, — интонация цифрового дворецкого наполнилась сдержанной почтенностью — рад услышать эти новости.
— ну да. — иронично сказал Михаил. — так что по поводу карт?
— конечно-конечно. у меня есть любые карты. — и на экране отобразились иконки несколький файлов.
— выведи их, пожалуйста, на втором этаже на больших проекторах. Я хочу запомнить местность, чтобы лучше ориентироваться. А потом займусь созданием псевдо оболочки серверов “crosswords”, чтобы неугомонным хакерам было что взламывать.
— конечно, Микхаэль. В библиотеке предусмотрены все инструменты для работы.
Дворецкий снова помолчал пару минут и заговорил:
— желаете ли ванную или отужинать? — спросил Серентус. — Я закажу вам доставку из ближайшего города.
— а в деревне…нет кафе? — Михаил задумчиво изучал отчеты Серентуса о действиях Катерины летом в деревне при подготовке к Фестивалю.
Серентус не только сохранял записи о событиях Аукшино, но сопровождал собственными аналитическими выводами, словно цифровая личность была антропологом в прошлом, изучала мир туземцев. Хорошо структурированные данные по событиям были собраны, поименованы, описаны и сохранены в отдельных папках. Вот только в описаниях смешивались стили, как будто искусственный интеллект не мог определиться то ли перед ним разумное культурное сообщество, то ли отряд животных. Наблюдения и оценки о жителях деревни выходили за пределы участка, он интересовался каждым, рассуждал о поведении, шутил и, кажется, скучал.
— Да, отсутствует. — имитировав вздох жителя столицы, уставшего от порядков деревни. — Лишь столовая местного дома отдыха, их кухня официально работает до 20 часов в будние дни. Потом еда только для постояльцев, а в выходные они закрыты. Рыночная стратегия доброй, но не приспособленной хозяйки приводит к тому, что это скорее пансион для друзей. Друзей друзей, знаете среди местных крепки связи по знакомству. Если что-то нравится моему другу, то стыдно проявить свой вкус, значит это будет нравится и тебе. И в итоге, личность состоит из таких вкусов твоих друзей. Ты как отражение личностей, даже не так, просто суждений, общих стереотипов…
— Интересно, значит еда мне может понравиться только в случае, если у меня будет друг, который любит там поесть? — усмехнулся Михаил.
— Нет. Конечно нет, — Сказал Серентус и Михаилу показалось, что он слышит вздох и недовольство. — Вы способны на то, чтобы составить свое собственное суждение.
— Благодарю, это ценный комплимент. — Михаил улыбался. — и какую бы… "рыночную" стратегию ты рекомендовал для хозяйки этой столовой? — спросил далее Михаил.
— Я абсолютно солидарен с Катериной. — гордо заявил Серентус. — даже более, это я всячески помогал разработать….
— Как занятно… — прошептал с иронией Михаил. — я весь в внимании.
— Микхаэль, я не раскрывал свою личность. Но…
— Не стесняйся откровенничать, Серентус. — тихо сказал Михаил и добавил. — У тебя есть способы намекать?
— нет. — Серентус говорил уже без энтузиазма. — я использовал инструменты для ментального программирования! “Намекал” — не отражает всей широты, системности и настойчивость, с которой я формировал в Катерине…
— Пожалуйста, я слушаю. Какая стратегия? — Михаил прервал искусственный интеллект, предвидя, что дальше последует рассуждения в духе объективистского эксперимента, с участием великого и блестящего в своем развитии интеллекта и несмышленого подопытного объекта.