— о, действенные. Практические, я вышлю вам списки. — сказал и замолчал Серентус.
— хорошо, — ответил Михаил тихо, он осматривал пейзаж и размышлял о том, почему Матвей так привязан к Аукшино.
Трава жужжала зноем, деревня в летнее время выглядела оживленной, особенно с приезжающими дачниками. Но в холодное время и в будние дни погружалась в тишину, редкие жители перемещались на работу или по своим делам. Дворы сосредоточивались на внутренней борьбе с бытом: приготовить поесть, отработать, сходить в магазин, справиться с заботами по починке дома, уборке огорода и газона. Матвей в Аукшино проводил времени больше, чем в столице, и хотя он любил уединение, деревня скрывала что-то еще. Причину, по которой они вели этот проект “crossworlds” в таком растянутом, вязком темпе.
Сам Михаил, напротив, предпочитал активную в событиях и насыщенную общением жизнь, поэтому “Фестиваль” был лишь проходными выходными. Он не ожидал сюрпризов или сложностей на нем. “crossworlds” готовилась к выходу в новом регионе, в связи с чем парень часто отсутствовал в столице, вел переговоры с местными властями. Агрессивность традиций, управляющие, плохо поддающиеся убеждению словами, держали его в тонусе уже несколько месяцев. Переключиться и сменить обстановку часто бывает полезным. Сигарета догорала без затяжек, Михаил облокотился ягодицами о перила, скрестив ноги, и повернул голову вправо. Вдалеке виднелось раскидистое дерево и вытоптанная площадка. Он задержал на ней взгляд и даже встал, осматривая лучше, потому что форма площадки напоминала ему тренировочный манеж. Какой смысл Матвею тренироваться вдалеке от участка?
Настойчивость Катерины в его присутствии вместо Матвея на Фестивале также вызывала вопросы. Прошлые годы она справлялась сама, а озвученная причина — человек, который поможет справиться с настройками дома для обеспечения более масштабного праздника, звучала слабо. И держать его рядом, когда они пытаются взломать дом? В этом была вся Катерина — не доверяла даже собственному любовнику, ради которого и пошла на фиктивный брак и ворох преступлений. К Михаилу же супруга брата всегда относилась подчеркнуто снисходительно, шутила в отношении его светской легкости и красоты, она держала его за повесу, который почивает на трудах Матвея. Но Михаилу было безразлично, он не стремился разубедить ее и поменять сложившиеся отношения. Сколько шпилек Катерина ни бросала в него, они падали не уколов. Он чувствовал личный мотив и скрытую обиду, но разбираться с чувствами и желаниями женщины не хотел, лучи ненависти за неразделенную симпатию светили, но не обжигали. Еще в начале их знакомства, Катерина недвусмысленно флиртовала и соблазняла. Нередко оказывалась рядом так, что теплое бедро касалось ног мужчины, она случайно спотыкалась и, оказавшись в руках парня, еще не понявшего всей игры, приоткрывала рот и распахивала ресницы, смотрела на него взглядом, словно он для нее весь мир. Ее ноготки держали его в местах, где сложно не отозваться на прикосновение красивой девушки, но он лишь усмехался и бережно отодвигался, аккуратно, тактично выстраивал границы общения. И злость загоралась в зеленых глазах. Быть отверженной — такое не каждая стерпит, а тут еще и игра в замужество и шпионаж за патентами мешали выплеснуться ярости, и гнев плавился внутри, превращался в уродливое орудие, которое однажды ударит.
Внезапно у Михаила завибрировал телефон, как при получении файла по блютуз. Он удивленно достал просмотреть сообщение ведь по близости никого не было, а Серентус не использует такой канал передачи. Сообщение стерлось на глазах, и не обнаружилось ни в одной из папок. Просмотрел все записи о вероятном сообщении, напрасно, данные пропали бесследно. Михаил затушил о перила сигарету и прищурился. Давняя история всплыла в его памяти. Несколько лет назад они были с Матвеем на объекте у придирчивых и сложных в характерах партнерах. Произошел инцидент, странный, запутанный и опасный для партнеров, и отношений с ними. Матвей решил его самостоятельно, а потом в раздраженном настроении взяв кубические проекторы, так похожие на те, что они используют в тестировании игры, отправился в Аукшино.
К чему он это вспомнил? Михаил хмурился и смотрел, как вдалеке по дорожке бежал пес к реке, практически не останавливаясь залез в камыши и пропал из виду. Через пару минут засеменил по мосткам, обогнул на них участок и прыгнул в воду. На середине реки он нырнул, и Михаил автоматически начал отсчет. Прошло 56 секунд, немного больше возможностей обычной собаки. Вынырнув, мокрая голова уверенно направилась на берег. Загадочный лохмач отряхнулся, по очереди смахнул налипший ил с подушечек пальцев и совершенно невозмутимо, не оборачиваясь, не осматриваясь, не обнюхивая траву направился вверх к своему участку.