— Кого?! — Сергей подавился бутербродом, схватил бокал, кашлял, пытался гоготать, вытирал слезы, пока Катерина поддержала его веселым смехом, похожим на то, как звучат в нашем представлении сказочные серебряные колокольчики.
— Не кого, ахааха. Чего. — растянула блондинка через смех слова. — Что я хочу на самом деле. Хотя, может это и оговорка "по Фрейду"? я не знаю. — закончила Катерина мило.
— Все оговорки не так безобидны. — сказал Андрей.
— Или в корне их лежит обида? — Катерина поддержала юриста в коверкании фраз и смыслов. — Но с чего, такой женщине как я иметь огорчения? У меня прекрасный дом, семья, бизнес.
— Звучит как начало триллера, — Виктор включился в игру, но Катерина молчала, он понял и сделал ход снова. — ты говорила про сказочных монстров..? Нас съедят или ….
— Витя, ты фантазер. Просто у Наташи вышла отличная метафора про сказку. Но реальность скучная. В реальности люди как люди. Пока их не поймали с поличным, им нечего предъявить.
— а ты обычно собираешь улики? — усмехнулся Михаил и закинул ногу на ногу.
— нет, конечно. Нет. Для этого есть специально обученные люди. Я всегда за сохранение семьи. — ответила Катерина, Ее слова рождали странный осадок.
— неужели!? — прошептала Наталья.
Катерина забыла про жену своего бизнес партнера и любовника по совместительству, поэтому быстро поспешила завершить свое высказывание:
— все сказки уходят корнями в реальность, и сюжет стар как мир. Да, конечно, персонажи могут казаться очаровательными, как русалки, чьи волосы волнисты и темны.
— вполне определенный образ, волнистые волосы — это не та ли девушка, что отказалась с нами проехаться? — спросил дотошный Андрей.
— Не столь важно, — милостиво улыбнулась Катерина. — Я пытаюсь нарисовать в общих чертах там… Невинные глазки и мужское сердце тает. Хотя…именно темненькие, и именно в красных купальниках особо опасны. Ведь так, Миша? Тебя еще не утащили?
— полагаешь, это возможно…? — спросил Михаил и наклонил голову вбок, улыбаясь одной стороной губ, ноздри расширились от быстрого и выдоха, как перед готовностью погрузиться в битву.
— ахаха, точно бы хотели попытаться многие — властная блондинка сделала обманчивый комплимент, помолчала мгновение и резко на одном дыхании, как пощечина, сказала, — забыла, не стоит опасаться. В этих местах волнистоволосые русалки охотятся только на женатых.
Песок смыслов затвердел и призрак Матвея обрел черты. Михаил сощурил глаза и остался недвижим в своей расслабленной позе. И показался Катерине еще больше похожим на старшего брата, которого так настойчиво призывали присоединиться к теряющему томность представлению. Катерина играла откровенно, лично и неожиданно. Михаил выключил сообщения от Серентуса на телефоне, не желая ни отвлекаться, ни читать пояснительные отчеты о том, что происходит сейчас в гостинной.
Бывают женщины, которые прекрасно чувствуют слабые места, болевые точки других, такое удивительное сочетание чуткости и безразличия к незажившим или еще открытым ранам других. Они улавливают слабости и постепенно готовят участок для атаки. Если человек чувствует неуверенность, они будут рассказывать про смелость, если их подруга страдает от неразделенной любви, они будут рассказывать про ее зазнобу (так невзначай, пожимая плечами и говоря “ну какая разница, давно же было”). И делают это всегда с улыбкой, вы чувствуете постепенно нарастающее давление, уколы могут учащаться и к концу вечера из вас вытекут все моральные силы, спина сломится и морщины грусти, ненависти к себе покроют лоб.
Брат для Михаила значил доверие, гордость, силу и поддержку. Они были друг для друга единственной семьей, товарищами. Без прилагательных. Ложь не появлялась в ни в их отношениях, ни в отношении самих себя. Как можно доверять и полагаться, если ты нечестен сам с собой. Катерина знала, не просто куда бить, но и как ударить, чтобы пробить защиту, чтобы поселить сомнения. Ведь, чтобы распустить “ковер” — достаточно вытащить одну нить, чтобы обрушить стену — достаточно вытащить один "правильный" кирпич. Чтобы разрушить тесную связь близких людей — достаточно поселить сомнение, достаточно доказать одну пустяковую, но свершенную ложь. Она как плесень будет впоследствии разрастаться сама, переворачивать “свет” событий, придаст иной смысл прошлому и заставит сомневаться в значимом, важном. Доказанная ложь, как барьер встанет на пути, близкие не то, чтобы доверять — не смогут разговаривать друг с другом.