— Алеся, мне приятно с тобой познакомиться, но…
— Вот вы где! — воскликнула перед ухом Катерина в микрофон, — давайте ещё раз поздравим нашу пару. И покричим "горько"!
— Катя, это слишком. — он сказал резко.
— Ой наш жених еще не готов, но ничего такая красавица, умница сможет подождать… пару дней. Шампанское и тост на брудершафт!
К ним подошли официанты с подносом и двумя бокалами, Алеся занервничала, поэтому быстро раздала бокалы — себе и всучила Михаилу.
— Ой… Алесь, наоборот, — Катерина без смущения поменяла бокалы, — тут видишь с сахаром, тебе как девушке… не привыкшей к настоящему шампанскому, поверь оно кислое, аж рот вяжет.
— Это что за шам…?
— Пьем, пьем — закричала Катерина в микрофон и зааплодировала, показывая гостям поддержать ее.
Вот почему у нее такая привычка забирать чужой "хлеб", тамада с выражением, будто сам отпил кислого шампанского, ждал когда ему отдадут микрофон. Публика по цепочке кричала "пьем" и хлопали. Некоторые оборачивались в поисках рюмки, недовольно переспрашивали, почему пьем, за что, кого?
Михаил нахмурился, но девушка обхватила его руку, заставляя присоединиться. Он медленно прислонил напиток к губам, подозревая недоброе. Отпил глоток.
— А чего это Прынц сочкует. — закричали и загукали в толпе. Алеся подтолкнула бокал и с улыбкой, спасающей как ей казалось ситуацию держала его, пока Михаил выпил бокал полностью.
— Целуй, целуй…. - это уже кричал ведущий. Катерина бросилась за ворота.
Михаил улыбнулся, поцеловал Алесю в щеку.
— Спасибо за вечер. Мне надо отойти. Еще увидимся. — сделал шаг и чуть не осел на землю. Ноги потеряли опору.
— Это все из-за потаскухи?! — горько сказала Алеся, — видимо, это семейное. Но мне безразлично, если мужчина не может ценить такую девушку как я. А бегает за ды…. Хуже для мужчины.
— Во-первых, — ярость добела раскалила взгляд Михаила, он брезгливо отошел от девушки, огорчение которой толкало ее на низость, но почувствовав головокружение завершил тихо, — все слишком не вовремя.
Холодная испарина проступила на его лбу и он вдруг увидел перед собой бледное лицо, приоткрытые губы и некрасиво блестящие капельки пота. “Приготовила бы пирожков” — он сразу не понял, что это значит, почему Агата потная. "Твари…” — пронеслось у него в голове и он резким движением собрался.
— Я дам тебе совет, Алеся. Твоя выдержка сейчас была на уровне, я даже восхитился. Но если ты рассматриваешь мужчину в качестве своей карьеры, то не стоит оскорблять в его присутствии других девушек. Ни под каким предлогом. Никто не любит “спать” с “гнилым”. - он задышал тяжело.
— если… И второе, что касается меня. Я извиняю тебя и твои слова только по причине того, что сегодня не лучший вечер, Катерина знатно измотала чувства всем. И я надеюсь, что никогда больше не услышу оскорбление в свой адрес, адрес своего брата или Агаты. — он с трудом сдерживал тошноту, блеск голубых глаз льдом останавливал омерзение.
Вокруг топтались гости, никто не слушал диалога. Михаил развернулся и с максимально доступной для него скоростью направился в дом.
Алеся раздумывала недолго, мужчину она не выиграла, но Катерина этими бокалами с шампанским как будто бы подписала с ней контракт на долгосрочные отношения, а значит вечер закончится хорошо. Она решила не отказываться от статуса королевы в очередной раз за вечер. Улыбнулась своим мыслям и весело пошла к новым подружкам — командовать и получать удовольствие от шести и заботы, может ее бестолковая кучерявая подружка права. Власть приятнее всего и они с Катей похожи.
Трава расплывалась мутной зеленью перед глазами, растопырив пальцы, прямо как Агата на гравийном спуске, Михаил пытался удержаться на ногах. “Не смей активироваться” — отдал приказ Серентусу. Он шатался, врезался в косяк дома, вместо воздуха наружу вырывался только пот, вдох не получался. На первом этаже был черный ход с лифтом, замаскированным именно на такие случаи, когда понадобится скрыться или появиться в доме инкогнито.
“Открой… — сказал свистящим шепотом на незнакомом языке, — я ничего не вижу”. В ту же секунду панели дома похолодели, как только Михаил дотронулся до стены, его ладонь обдало теплом. Тепловой сигнал дорожкой вел теряющего сознание мужчину до спрятанных дверей лифта. Он шел наощупь пока двери не распахнулись, все это время шептал приказы, Серентус спорил, сил перечить не было.