Зацепила краем глаза одну из хоккейных наград подписанную Абигейл Морин. Ого! Она не всегда была прикована к инвалидному креслу? И почему у них разные фамилии? Разные отцы, или Эйден себе взял псевдоним?
Девушка обернулась и поймала мой взгляд.
– Мой брат все никак не может отпустить эту ситуацию, – она невесело улыбнулась и кивнула на стеллаж с наградами. – Надо бы в гараж все вынести к остальным. А то смотрит и всякий раз расстраиваться, словно виноват в чём-то. Подай, пожалуйста. Иначе опять будет ходить с постным лицом и уговаривать меня заняться следж-хоккеем. Достал.
Послушно сняла трофей с полки и протянула Гейл. На её лице на мгновение промелькнула светлая тоска, но она очень быстро её прогнала.
– Значит, хоккей у вас семейное? – я не знала, как продолжить этот неловкий разговор.
– Да уж. Брат мечтал вырастить из меня чемпиона. Можно подумать, женский хоккей хоть кому-то интересен, – она положила себе трофей на колени и снова толкнула кресло вперёд.
Понятия не имела, какие вопросы можно задавать этой девушке, чтобы не задеть её ничем, потому просто молча шла следом и думала. Что ж. Тринадцатый не врал. Он, как минимум не женоненавистник, раз верил в сестру и мечтал вырастить из неё брутальную спортсменку. Видимо, у него только к компам претензии. Даже полегчало. Последнее, что мне хотелось это быть должницей мизогину. Но Эйден вроде не такой.
– Ты смотришь мои стримы? – я пыталась вырулить с темы хоккея, а когда зашла в комнату к Гейл, то все встало на свои места.
Игровой ноут. Постеры на стенах и фигурка Анн-Хель на столе. Офигеть, прямо под носом у Эйдена живет геймерша. Ха! Подошла поближе, чтобы рассмотреть фигурку крылатой воительницы, которую предпочитают игроки поддержки. По-простому это нянька для других участников команды, которым на старте нужна защита во время прокачки. Пока Гейл запускала старенький ноут я не без удовольствия крутила в руках модельку. Белоснежные волосы и такие же крылья. Вот только на кончиках черные перья. Во время использования разных умений Анн-Хель меняется: светится золотом, если исцеляет, и чернеет, если накладывает на врага проклятья.
– Я твоя фанатка, Вики. Ты прости, что я там всякого дерьма наговорила в дверях, просто если Эйден узнает, что я тоже играю, у него башню сорвёт. Он считает их вселенским злом, до сих пор не понимаю, как он вписался в ваш спор, если он ещё не соскочил, конечно.
– Эго! – только и ответила я. – Мне кажется, твой брат — жуткий показушник. И не переживай, я ни слова не поняла из вашей беседы. Предпочитаю думать, что вы обсуждали круассаны и багеты.
– У моего братца целый букет комплексов. Туда же впиши синдром спасателя. Если он на тебя переключится, я хоть выдохну.
Что ж теперь понятно, почему он так загорелся, особенно когда на кону стояло моё членство в Рейзорах, и это при всей его ненависти к онлайн-играм. Забавно.
Ноутбук прогрузился, и Гейл развернула ко мне свой аккаунт рангами и открытыми персонажами.
– Алмазный, вау! А ты крута, – похвалила девушку, села за стул и принялась изучать её статистику.
Лучше всего Гейл отыгрывала именно за Анн-Хель. Но в целом и про развитие других персонажей роли воина-поддержки не забывала. При должном усердии игроки, которые не ограничены рамками одного героя очень опасны. Никогда не знаешь кого банить, если киберспортсмен умеет играть за всех в своем классе.
– Банально, да? Девчонка играет за суппорт*, Ты-то крутая. Лесник, у меня бы голова взорвалась следить за картой, как это делаешь ты, – Гейл словно извинялась за выбор своей командной роли. Действительно, кто-то мог бы сказать, что это самый легкий путь. Но хороший воин-поддержки залог победы. Каждый игрок важен.
– Ничуть. Все хотят быть керри*. Но без тебя ни один керри не разовьётся. Это миф, что саппорт для новичков. Это самая сложная роль в команде. За тобой куча решений, от которых зависит исход матча. Я вот решила играть за дамагера. У него чуть больше независимости и меньше самопожертвования. У вас же в хоккее тоже есть вратари и защитники, попробуй Лерою сказать, что кто-то из них не важен или банален. Ха?
Она улыбнулась, а я услышала за спиной.
– О-хре-неть…
Мы обе подскочили и уставились на застывшего в дверном проеме Эйдена, который смотрел на нас так словно сейчас где-то на участке и прикопает. Давно он там стоит вообще, и как много слышал?