Кори всё-таки затащила меня в раздевалку Нарвалов под тупым предлогом, что ей надо пописать, потому что в общем туалете после матча будет огромная очередь. А ей вот уже прям всё. Подкатило к горлу. На самом деле моя соседка преследовала сразу две цели, показать своего русского и похвастаться, а заодно подобрать мне нормального мужика в этом тестостероновом раю. Видимо, последние дни я слишком громко страдала по Дину, что она решила срочно найти ему замену. Хоть я и не просила. Тупая затея, ни один из этих неотёсанных мужланов не может быть лучше моего парня. Хотя если он будет продолжать меня морозить, то с кем-нибудь я тут как минимум сфоткаюсь чтобы позлить. Вот с тем парнем, который искренне попросил у меня автограф и сказал, что смотрит все мои стримы.
Снова открыла сообщения с Дином. Мне плохо без него. Хочется выговорится, чтобы он успокоил меня после той паршивой сцены с теми тремя козлами. Я могу сколько угодно строить из себя толстокожую и говорить всем вокруг, что мне плевать на подобное. Но нет. Не плевать, как оказалось. До сих пор потряхивает.
Стерла свои сопли в сообщениях. Не хочу, чтобы Дин видел, какая слабая. Хотя он вообще не открывает нашу переписку. Походу, я увижу его только время следующей игры.
– О! – раздалось у меня над головой, и я лениво оторвалась от телефона.
Игроки, ритмично постукивая коньками, возвращались в раздевалку, а среди них был и номер тринадцать, который навис надо мной с очень странным выражением лица. Как он на ногах-то стоит после всего, загадка. Его пытались максимально слить весь матч. Ничего удивительного в Шоте тоже одной из тактик выбирают методическое выкашивание одного из основных игроков. Так что, видимо, это Лерой у них в команде персонаж ценный, раз ему такое внимание оказывали.
– Загуглил нарвалов? – спросила у номера тринадцать, разглядывая его причудливо лежащие волосы. Под шлемом голова у него вспотела так, что взмокшие пряди теперь напоминали рога. Вот уж действительно чертова дюжина.
Проигнорировал мой вопрос.
– Что ты тут забыла? Джонса караулишь?
– Кого? – нахмурившись, спросила я, и Лерой удивленно вскинул брови.
– Того, с кем ты любезничала. Номерок оставила.
Что он несёт? И какого хрена я должна перед ним оправдываться? Что еще за Джонс?
– А, – догадалась я, когда заметила в толпе того огромного выпивоху, который взял у меня автограф. – Ревнуешь?
Теперь Лерой на мгновение впал в ступор, видимо, дошло до него, как тупо звучал его вопрос.
– Я? Нет. Просто обычная хоккейная зайка сделала весьма странный выбор.
– А должна была тебя, что ли, выбрать? – я начинала закипать, да и выражение хоккейная зайка мне совсем не понравилось. Было в нём что-то очень шлюхастое, от чего захотелось срочно отмыться.
– Эйден, полегче, это же ЛакиРаш три семерки! Никакая она не зайка, мы только благодаря ней этот матч и выиграли, – вступился за меня один тот самый Джонс.
Громила вытащил из потного конька мой листочек, блаженно прижал его к губам и причмокнул. Меня сейчас вырвет.
– Оу, серьёзно? – Эйден с каждой секундой выглядел все раздражение. – То есть матч выиграла она?
Видимо, Тринадцатый напрашивается на комплимент. В целом он довольно красиво вкатил три шайбы во второй половине игры. Если бы нечто подобное произошло во время киберспортивного поединка, его противники бы уже в истерике срывали бы с себя наушники.
– Кэп, – мурчал детина. – Не обижай девочку, тем более, она тоже спорсменка. Прояви уважение к коллеге.
А вот теперь уже я скривилась от слова девочка. Где Кори? Сколько можно ссать? Хотя, судя по тому, что улыбчивого вратаря я нигде не видела, он, вероятно, сейчас где-то с моей соседкой улыбается ещё шире. Да блин.
– И что за спорт? – спросил Лерой, и я молила господа бога, чтобы Джонс молчал, посылала ему знаки, но этот козлина с нескрываемым восхищением выдал:
– Она профессиональная киберспортсменка. Топ Джи-Ри сервера. Это такая сексапильная лиса с кучей хвостов. Но ЛакиРаш может вообще за любого убийцу отыграть. Она гений.
Джонс так громко все это выкрикивал, что около нас уже целая толпа собралась поглазеть на охренеть-какую-крутую-профессиональную-спортсменку. Я уже слышала откровенные смешки от парней, которые только что-то до кровавых соплей друг друга месили, и мне хотелось умереть. Но хуже всего был взгляд Лероя, он словно ждал какого-то подобного откровения обо мне и из взлохмаченного черта медленно, но, верно, превращался в сатану. И именно он первый вытащил эту заслонку, после которой полилось говно, спросив:
– Киберспорт, это когда , ты марафон бежишь за нарисованного человечка, а не собственными ножками?