Глядя на пруд, Лиза с сожалением отметила на нем полный штиль. Только изредка он нарушался всплеском какой-нибудь одинокой утки. Моторки и в помине не было.
Правда, Елагин вполне мог пешком обогнуть пруд. Напрягая зрение, Лиза вглядывалась в темноту. Напрасно!
Ни единая тень не приблизилась к даче Рюминой…
«Чего же я хочу?» – спрашивала себя Лиза. И в ответ чувствовала легкий ветерок с пруда. Этот ветерок гладил ее лицо, как тогда, в памятную ночь «безумного соития», Данил ласкал Лизины скулы, щеки и губы…
Вот внизу вспыхнул огонек сигареты Василия Григорьевича, и Лиза стряхнула с себя бесовское наваждение. Этот дьявол с человеческим именем Данил – крутой преступник. Как безжалостный конквистадор, он вторгся в Зараево и воюет их исконную землю! А она поддалась его мерзкому гипнозу и раскисла. Этому надо положить предел. Решительно натянув джинсы с ковбойкой, Лиза спустилась вниз, к бойцу в дозоре.
– Что, полный штиль, Василий Григорьевич?
– После катаклизмов всегда тишь, я приметил. А ты почему не спишь?
– У меня к вам деловой разговор. Сугубо конфиденциальный.
Огонек сигареты отразился в глазах активиста. Он любил, когда ему доверяли секреты.
– Как вы думаете, – начала она напряженным голосом, – кто из окружающих страдает у нас пироманией?
– Трудно сказать. – Чувствовалось, что Василий Григорьевич никого не хочет обвинять облыжно. – Нужны факты.
– Согласна. – Лиза крепко положила руку ему на плечо. – Они у нас будут. Но для этого мне нужна ваша помощь.
– Я как пионер. Всегда готов.
– Кажется, это масонский термин.
– А черт его знает! Главное – суть.
– Суть очень экспрессивна. И выразительна, – согласилась Лиза. После этого она наклонилась к самому уху активиста и изложила план задуманной акции.
Василий Григорьевич был действительно готов помочь. Его смущала только правовая сторона дела.
– Надеюсь, мы не выйдем за рамки законности? – с надеждой в голосе уточнил он. – Иначе можно загреметь в КПЗ.
– Вы имеете в виду камеру предварительного заключения?
– Ее самую.
В ответ Лиза выразительно хмыкнула.
– Это будет зависеть от подельщиков!
– От кого?!
– От нас с вами.
– Повторяю: я готов.
Они обсудили детали предстоящей операции.
Когда Лиза вернулась наверх, то поняла, что сделала единственно верный выбор. Мужской партии их тусовки она больше не доверяла. Конечно, она вполне могла воспользоваться услугами девчонок. Но кто может гарантировать, что это не стало бы известно Натали? А бабуля иногда страдала излишком эмоций. Если уж Василий Григорьевич заговорил о правовой стороне дела, то Натали могла стеной встать на защиту закона. А это не входило в Лизин слегка авантюрный план.
«Ну что ж, как говорится, на новом месте приснись жених невесте», – подумала она, засыпая на рассвете. Лиза не могла предположить, что ее безобидный девиз вызовет из глубин преисподней самого дьявола.
Как бы то ни было, проходимец снился ей до самого пробуждения. Он страстно, до укусов, целовал ее плечи. Его темные волосы жесткими волнами омывали ее лицо. Его руки обладали такой властью, что их силу Лиза чувствовала на своем теле повсюду: на спине, бедрах, локтях. Рано утром она еле выпросталась из его демонических объятий.
«Я же просила в сон милого юношу, а не монстра», – укорила она Небеса, и те ответили ей парой веселых солнечных лучей.
Лиза еще раз удивилась парадоксальности жизни. После пожаров она ожидала дальнейших бурных событий, но остаток ночи выдался на редкость благостным. Мария Васильевна, которая сервировала на веранде завтрак, тоже выглядела умиротворенной. Она поила чаем охранника. Из их фраз Лиза уловила, что Василий Григорьевич уже внимательно осмотрел сарай.
– Там пяток досок сменим! За чем дело встало, – тоном завзятого мастерового сказал он, кивая Лизе.
– Боюсь, опять подожжет, этот, что звонил… – Рюмина покачала головой, наливая Лизе крепкого чая.
– Прошу ни о чем не беспокоиться, – заявила Лиза, сделав приличный глоток. Она хотела сказать: «Я все буду держать на контроле», но рядом сидел Василий Григорьевич, и поэтому пришлось быстро заменить эгоистическое местоимение на коллективное: