– Дежурная была потрясена.
– Твоим взыскательным вкусом?
– Мне кажется, моим идиотизмом.
– Благодарю за комплимент, – весело сказала Лиза и протянула стакан вперед и вверх. – Выпьем за майские дни в Зараево. До дна.
– Мир?! – с радостным удивлением переспросил он.
– На всей планете, включая в Зараево, – подтвердила она, подумав при этом: «Несмотря на дрессировку у фотомодели, ты еще ягненок».
Дальнейшее развитие событий требовало, чтобы Лиза подошла к окну и «случайно увидела» «жигуль» Василия Григорьевича.
Эта мизансцена требовала особой бдительности. Во-первых, Данил вполне мог вспомнить про серенькую дискету. Во-вторых, если представится выбор: «жигуль» или «джип» с собственным шофером, Елагин предпочтет последнее. Но удача сегодня решительно избрала Лизу.
Около гостиницы красовался только отечественный недомерок. Рядом с ним на посту торчал Василий Григорьевич. Увидев в окне Лизу, он вопросительно вскинул голову. Она еле заметно кивнула в ответ: объект принял дозу и в ближайшие минуты подлежит транспортировке. Активист многозначительно прикрыл глаза.
Исключительно грациозным движением Лиза повернула голову. По лицу Данила растекалось блаженство. «Видимо, он решил, что я пожаловала к нему „в номера“ ублажать его похотливое тело».
– Лиза, нам давно нужно поговорить с тобой.
«Поговорить? Мы „разговаривали“ целую ночь на Тверском бульваре! Лексика мужчин поистине парадоксальна. Нет, дарлинг, у меня для тебя – иные планы», – ядовито подумала Лиза, но вслух легко согласилась:
– Несомненно. Но чуть позже. Сейчас так хочется прокатиться!
– Прокатиться?! – Данил не смог скрыть изумления. – Но я отпустил шофера. – По его реакции было видно, что он старается спокойно реагировать на Лизины капризы. В конце концов, нет ничего странного в желании слегка проветриться. – Впрочем, сейчас вызову.
Данил потянулся к мобильнику, но Лиза повелительным жестом остановила его.
– Нет. Я обожаю маленький уютный «жигуленок» Василия Григорьевича. Пошли! «А то с минуты на минуту тебя развезет, и мы со стариком не осилим этакую тушу».
Снотворное, потенцированное действием алкоголя, уже стало сказываться на движениях Елагина. Но пока он был лишь слегка заторможен.
Повинуясь Лизиному приказу, встал и направился к двери. Она же почти бежала впереди. От расслабляющих таблеток можно ожидать любого сюрприза, поэтому Лиза поспешила усадить Данила на заднее сидение «жигуля». Кажется, он даже не заметил, что она и Василий Григорьевич почти не разговаривали, только обменивались короткими репликами. Будь Елагин в нормальном состоянии, он бы сразу отметил наличие сговора между его спутниками по прогулке.
Машина рванулась с места. Водитель прекрасно знал цель путешествия.
Не раз обдумывая то, где можно «снять допрос» с господина Елагина, Лиза напрочь отмела Зараево. Этот поселок, как живой организм, имел свои уши. Кроме того, весенний ветер разносил секреты со скоростью урагана. Ей же требовалось уютное местечко, где их с Елагиным не стали бы тревожить сутки, двое, а то и трое. И «жигуленок» тащил их в такое местечко.
Дорога была забита машинами. Приходилось дышать не свежим зараевским воздухом, а выхлопными газами. Даже сквозь пелену лекарства Данил удивился такому Лизиному предпочтению.
– Ты любишь прогулки по шоссе?
– Угу. «Я люблю добиваться поставленной цели».
В кармане ее джинсов лежала серенькая дискета. Лиза надеялась, что это настоящий «серый кардинал» в море Елагинских дискет. Дома, на Преображенке, их ожидали две вещи: старенький списанный компьютер, который достался Лизе по случаю, и желанное уединение.
Спустя два часа «жигуленок» уже прыгал по трамвайным путям Преображенки. Выхлопные газы и мерное покачивание машины усилили действие снотворного. Елагина основательно развезло, и с ним пришлось помучиться.
Хорошо еще, что во дворе не было досужих кумушек, иначе их странная троица непременно привлекла бы внимание. Если Лиза и Василий Григорьевич выглядели обычно, то высокий мужчина в роскошном светлом костюме выделился бы в любой толпе. Мало того, что Елагин был импозантен. Он очень странно передвигался, и спутники усиленно поддерживали его с обеих сторон.
Облегченный вздох вырвался у Лизы не в лифте и не на площадке ее десятого этажа, а только в тот момент, когда они свалили спящую «кабанью тушу» на диван в комнате.