– Подлая тварь! Сволочь! Мерзкое отродье!
Надо сказать, что даже эти характеристики были самыми мягкими в обличительной речи Марины. Вовсе не считая себя ханжой, Лиза впервые в жизни услышала виртуозные «боцманские» выражения.
Корабль Антоновой не просто дал течь. Он пошел ко дну.
Минут пять Марина пребывала в экстазе.
Подлинной латинской Америкой веяло от ее выразительных жестов и мимики лица. Лизе даже показалось, что она видит перед собой целую толпу разгневанных креолок или метисок.
«Настоящий эквивалент ядерного взрыва!» – с каким-то гибельным восторгом подумала Лиза. Мужчины сидели с отрешенным видом, как манекены.
Этот мощный выхлоп энергии, конечно, не прошел для Антоновой даром. Спустя некоторое время Марина обессилела.
Внезапно из обворожительной самочки латиноамериканского типа она превратилась в простую русскую бабу, уставшую от паскудной жизни. Она безвольно откинулась на скрипучую спинку старого кресла. Лицо сделалось унылым.
Если до этого, кивая на магнитофон, она несколько раз выкрикивала: «Блеф!», то теперь, в период затишья после бури, Марина тихо сказала:
– Я всегда знала, что с мозгами у него туго… Так легко поддаться на твою провокацию!..
Словно в оправдание Уфимцева Елагин деловито заметил:
– «Документы» были хорошо изготовлены. А когда их прогнали через факс, они вообще стали классными. Лучше подлинников.
Последнее замечание вызвали легкие улыбки на губах Лизы и Эдика.
– Я тоже умела неплохо изготовить кое-какие «оригиналы», – с неожиданной гордостью сказала Марина.
– Ты о документах фирмы «Белла»? – уточнил Елагин.
– Да. Это по спецзаказу лично для Лиз, – усмехнулась Марина. – Ей все мерещился итальянский след в этом деле. Так почему бы нет?
«Вот какашка! – возмутилась Лиза, стараясь не упустить с лица хладнокровное выражение. – Надо же, „лично для Лиз“!» Ее успокаивало только то, что Елагин сумел переломить через свое колено неподатливую кузину. Лиза достала из кармана небольшой блокнот, вырвала оттуда листок и стремительным почерком написала: «Надо сейчас же, по горячим следам, снять с нее показания!» Как только она передвинула записку к Елагину, он прикрыл глаза в знак полного согласия.
Но в эти секунды женское естество взяло в Марине верх над партнером по бизнесу. Она кивнула на магнитофон.
– Этот ублюдок говорил что-нибудь еще о наших отношениях?
Елагин сплел пальцы.
– Я бы не советовал тебе ворошить эти воспоминания. Они не вызовут приятных эмоций.
– Да черт с ними, с эмоциями! Я хочу услышать! – Марина гулко ударила скованными руками по столешнице.
Глава 41
– Желание дамы – закон для джентльмена, – еле слышно прошептал Соболевский. «Банальная пошлость», – подумала Лиза, но не стала оглашать свое резюме. Кроме того, ей и самой страстно хотелось услышать, как чешут языки мужчины на тему о своих избранницах: это могло быть весьма поучительно.
Данил повиновался, и на веранде прозвучал его вопрос Уфимцеву:
– Тебя сильно заклинило на Марину?
Хамский ответ разочаровал не только «виновницу торжества», но и всю женскую партию.
– Заклинило? Я же сказал тебе об интеллектуальном коэффициенте. В Америке эта стерва получила бы «грин-кард». А это удостоверение, как ты знаешь, не требуется в постели, – он хохотнул. – Весь свой темперамент она выплескивает на холсты. И в бизнес! Но я не давал ей карт-бланш на убийства. Пусть теперь сама и выкручивается! Кукла из секс-шопа! Фригидна, как айсберг! У меня тут есть такая креолка, которая…
Напрасно Лиза навострила уши. Поспешно выключив запись, Данил скованно заметил:
– Дальше идут ненужные подробности…
– Ну почему же ненужные? – слегка возмутился Эдик. – Я считаю, в данном деле важны все детали.
– Особенно связанные с креолкой, – не удержалась Лиза.
Мужчины проигнорировали ее ехидное замечание. А оно несло в себе сильный отрицательный заряд. «Вот так всегда у мужчин! – с негодованием подумала Лиза. – Сначала похоть. И ее ублажение. А затем обвинения во фригидности. И это в лучшем случае. Иногда после интима они внезапно чувствуют к партнерше… неприязнь».
Последнее слово теперь действовало на Лизу, как неожиданный и болезненный укол. «Я зациклилась на анализе секса, – решительно одернула себя Лиза. – А сейчас передо мной иные, гораздо более важные, задачи! Итак, моя милая, примись-ка за детали расследования!» Занятый делом, Елагин прокрутил пленку вперед до какой-то отметки.