Слава богу, рацио не отказало ей даже в этой шоковой ситуации. Лиза потянулась было рукой, но все-таки не схватила использованные бокалы. Открыв свою сумку, вынула чистый носовой платок. Руки дрожали, но нельзя было допустить ни единого промаха. Ошибка в таком деле грозила огромными неприятностями в ближайшем будущем. Аккуратно, словно работала с пробиркой, наполненной смертельными вирусами, она захватила платком ценные бокалы и осторожно опустила их в свою сумку. Для будущей экспертизы.
Все манипуляции она проделала буквально за десять секунд. Теперь нужно было заняться телом Шуйко. А если его еще можно реанимировать?! Эта пронзительная мысль заставила Лизу действовать предельно собранно.
Из ловушки, которой оказалась верхняя комната, Лиза рванулась вниз, в приемную. Секретарша красила ресницы жирной тушью для наращивания. «Придется разрушить эту идиллию».
– Инна, с боссом – сердечный приступ! – крикнула Лиза, и та мазанула тушью себе по скуле.
– «Скорую»? – спросила она, сразу признав главенство Лизы в этой ситуации.
– Нет. У меня есть более классный спец.
Лиза не колебалась, стоит или не стоит тревожить Николая Павловича Смирнова. Этот великолепный профи так помог ей и ее приятелю-сыщику в «гуанском деле»! Эскулап милостью божьей, врач-исследователь, Смирнов не только ставил диагноз, но всегда докапывался до истинных причин, которые спровоцировали смерть. Детектив Брасов не раз отпускал скабрезные шуточки по поводу того, что эскулап якобы неравнодушен к Лизе. Возможно, в этом была доля правды. Ведь Смирнов дал ей номер своего прямого телефона. Такие весьма полезные номера Лиза всегда помнила наизусть.
К счастью, Смирнов оказался на месте. После банальных приветствий Лиза сказала ему о тяжелом сердечном приступе у приятеля. Ей не хотелось говорить большего. Но ее дрожащий голос убедил врача в том, что он должен приехать сам.
Пока ждали реанимобиль, Инна и Лиза суетились возле тела Шуйко. Естественно, они не могли никуда перенести его. Петя так и лежал на ступенях. Лиза только постаралась поудобнее устроить его голову, которая напомнила ей бутон на сломанном стебле. Проделывая манипуляции с головой, она представилась Инне по имени. Надо было покороче сойтись сейчас с секретаршей. Когда Инна стала делать сердечный массаж своему шефу, Лиза заметила, что у нее довольно слабые руки, и мягко отстранила их от объекта. Пальцы Инны были ледяными. В огромных карих глазах отразился ужас, когда она прошептала:
– Вам не кажется, Лиза, что массаж уже не поможет?..
– Должен помочь! – тоном опытной медсестры заявила Лиза, ритмично надавливая запястьями сложенных рук на бедное сердце Шуйко. Она изображала уверенность в победе только для того, чтобы эта испуганная яркая птаха не впала в истерику. Инна показалась Лизе слишком юной и слишком неопытной в житейских делах.
«Да, – с мудростью столетней черепахи подумала Лиза, – опыт – бесценное сокровище. Он, пожалуй, – главный капитал. Поважнее денег. С этой Инной у нас разница в каких-нибудь пять лет. Но я при этом – зрелая мудрая женщина. А она – хлипкий ягненок».
Испугом и неопытностью Инны следовало воспользоваться в интересах дела. Кажется, та в панике не поняла, что дело не в сердечном приступе, а в сломанной шее. И Лиза повела тонкую игру.
Продолжая массаж, она сказала:
– Петя, видимо, очень рвался в своем деле. У вас напряженный бизнес?
– О да. – Инна облизала сухие пухлые губы. – Как и у всех сейчас. Правда, мы не обвалились после кризиса. Ведь консалтинг – в авангарде бизнеса.
– По-русски говоря, консалтинг – это консультации по разным вопросам, да?
– Угу. Наши референты советуют, как перепрофилировать предприятие, если оно стало убыточным. Как правильно провести процедуру банкротства.
– О, да это весьма актуально сегодня.
– Еще как! У нас есть очень крупные клиенты. – Инна назвала тройку фирм, известных всей Москве. – Они уже несколько лет заказывают у нас аудит.
«Значит, основной бизнес Петиной фирмы вполне легален, – подумала Лиза. Не только пояснения Инны, но главным образом естественность ее интонаций при характеристике славных дел их конторы, убедили в этом Лизу. – Если Петя и подрабатывал „эротическими услугами“, то, конечно же, нелегально…» Она так и подумала: «подрабатывал» – в прошедшем времени, так как признаки жизни не только не прибывали в Петином теле, но уже не проявлялись никоим образом. Оно потихоньку начинало холодеть.