С этими приятными новостями Лиза приближалась к даче, когда оттуда резвым молоденьким козленком выбежал Василий Григорьевич – тот самый старый активист, владелец «жигуленка», возивший их на светский раут. На бегу он поздоровался с Лизой, но даже не остановился. «С какими же намерениями прибегал старый козел к Натали?» – с улыбкой подумала Лиза.
Бабуля суетилась на веранде с какими-то листами бумаги.
– Бойфренд хотел немедленной расплаты за свои услуги? – игриво спросила Лиза, поднимаясь по ступеням.
– Если бы! – Натали схватила со стола баллончик с валидолом и сунула таблетку под язык. Только теперь Лиза учуяла, что на веранде пахнет корвалолом. Она испугалась.
– Что с тобой, Натали?! Да ради бога, не суетись, сядь!
Пока Лиза усаживала бабулю в кресло, ее осенила неожиданная догадка.
– Он не вынес твоего успеха на рауте?! Сделал официальное предложение?
– Какое?! – Натали явно думала о чем-то своем и не въезжала в ситуацию.
– Матримониальное!
– Ах, оставь свои приколы! Дело нешуточное! В правлении стало известно, что нувориши замышляют реставрацию барского дома! Ты представляешь: сейчас, в самом начале сезона, они выпрут оттуда гостиницу и начнут строительные работы!
У Лизы вытянулось лицо. Она тихо осела напротив бабули.
– Да, это полный финансовый крах! А кто задумал эту интригу?
– Черт их знает! Накапай мне еще корвалола! Говорят, у них уже есть разрешение муниципалитета! И плевать они хотели на наш коллектив! Ты ведь знаешь, что сейчас творится!..
– Конечно, сунули кому надо пачку «гринов»…
– Чего сунули?!
– «Грины». «Зелень» по-английски. Не ту, которую ты выращиваешь на своих грядочках. – Лиза заботливо скармливала Натали кусок сахара, пропитанный терпким лекарством. – И что же наш дружный коллектив?
– О! Наш коллектив уже сплотился для отпора негодяям! Василий Григорьевич собрал двадцать подписей протеста. Будет организовывать пикеты! А мне поручили уломать сестричек.
Натали имела в виду двух дам, достигших восьмидесяти пяти и восьмидесяти семи лет. Наш бурный век научил их не доверять никому. Не подписывать решительно никаких бумаг. И не посещать никаких сборищ. Единственным человеком, которая пользовалась их осторожным доверием, была Натали.
– Пора идти, – она встала.
– Тебя проводить?
– О нет, дело слишком деликатное.
– Угу. Даже тебе нелегко будет взять у сестренок автографы.
– Как-нибудь, с божьей помощью. Когда я вернусь, отнесешь дополнительный список соседу, к барскому дому. Там может собраться народ. Так что приведи себя в порядок.
Пока Натали уламывала «одуванчиков», Лиза приняла душ. Уличный термометр, висевший рядом с душевой, показал двадцать пять градусов по Цельсию. Был полдень. Казалось, что солнце с каждой минутой становится все энергичнее. И это всего лишь в начале мая! Что же будет в июле? «Сведения о резком потеплении климата подтверждаются», – подумала Лиза, копаясь в гардеробе.
Ей было приятно извлечь из его недр забытые летние вещи. Яркое мини-платье: стайки маргариток, разбросанные по лазурному полю, и аккуратную шляпку из итальянской соломки. Короткие, лихо загнутые вверх поля, спереди увенчанные букетом, в который были искусно вплетены ягоды вишни.
Позже Лиза удивилась гениальности своего предчувствия. Собираясь всего лишь в скромный поход к барскому дому, она словно уже предвидела, каким долгим и интригующим окажется это путешествие.
Глава 22
Как только ее летнюю экипировку дополнили солнцезащитные очки-«кошка», вернулась Натали. Бабуле, конечно же, удалось добыть автографы упорных сестричек.
– О, ваши ряды пополнились классными бойцами, – хмыкнула Лиза, принимая дополнительный список. Она убрала его в летнюю, соломенную с аппликацией, сумку и прогулочным шагом направилась к «арене борьбы за недвижимость».
Прежде, чем Лиза увидела народный бунт, до нее донесся его гул. Вернее. Сиплый, но громкий голос Василия Григорьевича.
– Мы не позволим! – кричал активист. – Это народное достояние!
«Почему он решил именовать барский дом народным достоянием?» – с улыбкой подумала Лиза, выпархивая из-за кустов.
Того, что произошло дальше, она уж никак не ожидала. Солнце приближалось к зениту. Этот апогей зноя вполне устраивал вечно сырое Зараево. Лиза шла к барскому дому с намерением покричать и помитинговать. После вчерашнего стресса с медальоном Соболевского, с пренебрежением к ней Елагина требовалась именно такая разрядка: бесшабашный ор на свежем воздухе.