Неудачливая клиентка уже выскочила в коридор и быстрее птицы полетела по нему, а вслед ей все неслось:
– Да нас замучили проверками! С нас не слезает налоговая инспекция! Мы чисты перед законом! И никакие провокации тут не пройдут! Подосланная лазутчица!
Зажигательный монолог Валентины, как это ни странно, сильнее официальных бумаг убедил Лизу в непорочности данного «Кадрового агентства». Не дожидаясь лифта, она скользнула на боковую лестницу и пробежала три пролета на одном дыхании. При входе на второй этаж висел указатель: «Буфет». Это было то, что нужно! Именно сейчас, когда пересохло горло. Стакан сока мог освежить подорванные неприятной сценкой нервы.
В буфете Лиза прилипла к стойке и некоторое время машинально рассматривала наклейки на бутылках спиртного. Но все-таки остановилась на стакане апельсинового сока и слойке бантиком. Избранный ею ассортимент одна из буфетчиц поставила на маленький пластмассовый поднос. Взяв его, Лиза быстро развернулась и столкнулась с другой клиенткой. Их подносы задели друг друга.
– Sorry! Пардон! – выпалила Лиза. И тут увидела, что столкновение произошло ни с кем иным как с Верой Носовой! Удержав поднос в руках, Лиза вскрикнула:
– Кого я вижу!
– А кого – я! – воскликнула Носова, и Лизе показалось, что в ее интонации вместо дружеской радости прозвучал сарказм. С чего бы это?
– Куда сядем? – спросила Лиза, и Вера кивнула головой на полукруглый диван со столиком в углу.
Когда они разместились, Носова довольно недружелюбно спросила:
– И как же тебя сюда занесло?
– Заехала в «Кадровое агентство», – просто сказала Лиза, тем более что по сути это было правдой. Непосредственно в буфет она слетела именно оттуда.
– Решила начать трудовую деятельность? – Да, в Верином тоне сквозил сарказм! – Тебе это полезно. А то от праздности в башку лезут одни глупости!
«Она невероятно раздражена. Ну ничего. Пусть попьет свой кофе. Хотя он, кстати, может еще больше возбудить Верку!» Сделав парочку приличных глотков сока, Лиза сказала:
– Значит, ты трудишься здесь…
– Да, в отличие от других.
Лизе пришлось со стуком поставить стакан на поднос и задушевно спросить:
– Слушай, ну чего ты взъелась? Если начальство взгрело тебя с утра, то я ведь здесь ни при чем.
– В данном случае ни при чем мое начальство. А ты очень даже причем!
От удивления у Лизы глаза полезли на лоб.
– Я?! А что я сделала?!
Для того. Чтобы ответить, Вера вся как-то подобралась, а затем выпалила:
– Изобразила, что втюрилась в Соболевского!
– Я?! В Соболевского?!
– Ага, и самой странно! Потому что ты никогда и внимания-то на него не обращала! А теперь – нате вам! – Вера начала кусать губы. А Лиза схватила ее за локоть.
– Послушай, это какое-то недоразумение! Кто тебе сказал такую чушь?!
С полминуты Вера решалась. А затем махнула рукой.
– Ладно! Хоть я и обещала молчать, но раз выпал случай – это судьба. Об этой твоей мерзкой провокации мне рассказал сам Соболевский! Он даже звонил! На этом затхлом рауте всяких лже-дворян ты бегала за Эдиком и старалась с ним уединиться. А когда это тебе удалось в какой-то там боковой комнатушке, то ты так тяжело дышала, что Соболевский даже испугался твоего сексуального порыва!
«Наглец! – задохнулась Лиза. – Но мне сейчас надо успокоиться. Итак, пользуясь любовью к себе Носовой, Соболевский решил спровоцировать нашу с ней размолвку! Волнительную для меня сценку демонстрации медальона и стрелы он преподнес ей по-своему! Я тяжело дышала! А как бы задышали вы, господа, если бы почувствовали себя на краю пропасти, а?!»
Лиза сделала глоток сока. Затем второй, третий. Ей нельзя было поддаваться на эту провокацию. Соболевский, конечно же, рассчитывал на ее бурную реакцию. Он думал, что после Вериных обличений Лиза осатанеет и выложит ей все свои подозрения относительно их грязных делишек с сомнительным бизнесом и со смертью Шуйко. Но Лиза мудрее! Она залегла на дно.
– Кстати, ты и сейчас засопела! – бросила Носова, отодвинув пустую чашку. – Засопела при одном воспоминании о Соболевском! Я, конечно, не так наивна, как мужики! Я уверена, что он тебе безразличен. Но ты стала намеренно изображать, что втрескалась. Ведь Эдик так доверчив. И ему приятна твоя охота за ним!
– Моя охота?!