Появился шанс все исправить. Начать жизнь с чистого листа.
По прошествии месяца, Мира до сих пор не знала с чего начать. Смена обстановки должно было пойти на пользу: новая, с голыми стенами квартира. Она может делать с ней все что угодно. Покрасить стены сумасшедшим красным, нарисовать на них свободу. Или купить балдахин и завесить стены как в турецких фильмах. Но Мира не привыкла принимать решения сама и предпочла оставить все как есть.
Разрыв отнял много сил, она чувствовала, как слаба и бессильна в борьбе с переживаниями и здравым смыслом. Все чего хотелось - это лежать и смотреть в потолок пока не уснешь. И так заново.
День сурка.
Теперь, предложение Ани звучало более чем оптимистично. Хоть как-то отвлечься, точно не помешает. А то уже забыла, как это - развлекаться и быть не пенсионером в свои двадцать лет.
К восьми вечера большая часть группы юристов, усердно готовились к мероприятию. Выпив минимум бутылку вина на каждого, веселье в клубе началось незамедлительно.
Просторный и мало освещённый зал, делился на зоны для каждого факультета. Почти у самой сцены, расположились диванчики и столы юристов. Напротив, психологи и дальше по списку остальные группы.
По программе открытие вечеринки в виде выступления всех факультетов и студенческих клубов. Танцы, песни, дурачества – почти моментально подняли настроение. Мира забыла о своих проблемах и просто наслаждалась вечером в кругу сверстников, которые берут от жизни все и не разменивают себя на то, что не приносит удовольствия. Но длилось это недолго. Вскоре, клуб превратилась в кабак, а если выражаться точнее бордель, зашлифованный под рамки приличия. Заранее трезвым никто не приходил, а накатив еще по стаканчику, их здорово разносило. Многие стали лениться выходить на улицу и курили прямо в зале.
Невыносимая жара. Танцпол под завязку забит извивающимися в кайфе людьми. Воздух пропитан едким и душным дымом кальяна и сигарет.
Музыка сменила ритм. В начале вечера включали что-то танцевальное и веселое, то к полуночи обратились к искусству современных рэперов. Сложно описать, когда не понимаешь ни слов, ни смысла, только окончания и мычание.
Я как ячмень рос на глазах, ты говорил так нельзя.
Ты владыка селян, Твой рэп - пердёж в кадык обезьян.
Я протыкал не зря, что бы все поняли, кто ты кто здесь я
Что-бы послушать твой рэп - попрошу плеснуть киселя в миксера!
Если это современная музыка, то, пожалуй, лучше оглохнуть.
Мире стало скучно. Очень скучно. Может, выпила мало, либо ничего не понимает в веселье. Она приняла окончательное решение ехать домой. Для первого раза с нее достаточно.
Пробираясь сквозь орущую толпу непонятно что и занимающуюся непонятно чем. Ей стало неловко и даже противно. Она была наслышана, что на таких мероприятиях не брезгают честью и могут спокойно воспользоваться пьяными девушками. В большинстве случаев они сами не «против». Некоторых Мира знала. В академии тихони, а здесь королевы похоти и разврата. Сидят на коленях парней и что-то приторно нашептывают.
Надышавшись различными парами, свежий воздух, подействовал как дефибриллятор. Мира задышала полной грудью. Мороз не чувствовался. И причина этому не теплая куртка, а скорее алкоголь, прогревший все тело.
Снаружи людно. Народ собирался группками: кто-то сидел в одиночестве с сигаретой или бродил туда-сюда, ожидая такси.
-Привет, -хриплый голос пугнул, Мира вздрогнула. –Немая что ли?
-Привет, -глупо выдала Райш.
Хлопая глазами, долго всматриваясь. Алкоголь не позволял сосредоточиться на собеседнике. Она ни разу не видела его в академии. Среди несколько тысяч студентов, большинство на одно лицо. Но его точно запомнила бы.
Яркая внешность.
Он намного выше Миры. С грубо очерченным лицом, четкими линиями подбородка и острых скул. Он стоял без верхней одежды, представляя собой полотно, которым выступало тело - оно все в татуировках. Не связных между собой. Хаотичных. Волосы черные, взлохмаченные. А глаза дикие – волчьи.
«Одним словом – фрик», -решила Райш, заметив пирсинг.