Билли метнула на мать предостерегающий взгляд, но она чувствовала себя слишком плохо, чтобы защитить свекровь.
— Что бы мы ни собирались делать, давай поторопимся. Ноги у меня отекли, туфли жмут, и я просто хочу домой.
Вернувшись в Санбридж, Билли сразу же прошла в свою комнату. Единственное, чего ей сейчас хотелось, — это снять туфли и принять теплую ванну. Она присела на край кровати и пристально посмотрела на свои отекшие ноги. Подумать только, всего несколько месяцев тому назад они были в два раза меньше. И станут ли когда-нибудь снова прежними?
После ванны Билли пошла навестить Джессику, справиться о ее самочувствии, и до ужина сидела у свекрови, читая ей газету. У Джессики так сильно болела голова, что она не могла ни читать, ни вязать детский свитерок, который начала.
— Лучше бы ты пошла переоделась к ужину, Билли. Ты выглядишь такой усталой. Я думаю, день в городе оказался для тебя слишком утомительным. Расскажи, что вы купили. Сет был щедр?
— Более чем щедр, — уверила Билли свекровь, впервые вспомнив, что едва ли истратила всю сумму. Остаток, должно быть, исчез в кошельке Агнес. Вернет ли она эти деньги Сету? — Я купила несколько платьев и кофточек. Одно платье мне особенно понравилось, оно такого мягкого серого цвета с длинными рукавами, лифом, выкроенным по косой, и с застежкой на пуговицах сбоку. Еще мне нужно было белье и несколько ночных рубашек. Но я увидела там и вечернее платье, перед которым просто не смогла устоять. Длинное, струящегося силуэта, и я подумала, что надену его, когда приедет Мосс, чтобы он не увидел моих распухших ног.
Джессика уловила в голосе Билли беспокойство и вздохнула.
— Дорогое дитя, мне кажется, ты слишком переживаешь из-за своей внешности. Мосс даже не заметит, как ты выглядишь. Ты станешь матерью его ребенка, об этом он и будет думать. Я не хочу, чтобы ты терзала себя до такой степени, что ни приезд мужа, ни Рождество не доставят тебе удовольствия.
Билли наклонилась, чтобы обнять свекровь.
— Я всегда чувствую себя лучше, когда разговариваю с вами. После ужина снова зайду. Я купила вам две новые книги с мистическими историями. — Билли поцеловала больную и вышла из комнаты.
Со слезами на глазах Джессика смотрела на уходившую Билли. Теперь эта юная женщина тоже принадлежала к членам семьи Коулмэнов и должна принять их такими, какие они есть. Измениться они не могут — этот жестокий и горький урок сама Джессика усвоила давным-давно. У Билли бойцовский характер, он ей не раз пригодится. Как и когда она вступит в борьбу, зависит от того, насколько это будет важно. Может быть, напрасно она не хочет поверить свои терзания этой молодой женщине, которую успела полюбить. Но как сказать Билли, что Сет не приближался к ее постели после четвертого месяца беременности? Как рассказать о бесконечном волокитстве мужа, не заставив ее подумать, что Мосс станет таким же? Ее захлестнула волна жалости, но не к себе или Билли, а к Сету и Моссу. Это они теряли. В конце концов, когда придет пора подводить итоги, они это осознают, надеялась Джессика. И все же сразу побранила себя за мысль, лишенную христианского милосердия. Прежде всего, она тоже входит в семью Коулмэнов.
Мосс сошел с поезда на вокзале в Остине, небрежно перекинув рюкзак через плечо.
— Пап!
После того как они крепко обнялись, Мосс показал на свой рукав.
— Ну-ка, взгляни, пап. Старший лейтенант.
— Молодец, мальчик. Ты еще успеешь стать адмиралом. Хочешь быть адмиралом — я тебя им сделаю!
— Ну уж нет. Вот Тэд выбьется в адмиралы, если и дальше так пойдет. Нечего водить меня на веревочке, пап. Теперь я поступаю так, как считаю нужным. А где мама и Билли? Не случилось ли чего? — спохватился он.
— Мать не очень хорошо себя чувствует, Мосс. Ты должен об этом знать.
— Пап, если это одна из твоих уловок, чтобы удержать меня на месте, то забудь об этом. О матери ты сам можешь позаботиться. Билли и Агнес предоставим самим себе. А мне нужно отправляться на войну.
— Не слишком ли ты романтичен, а, сынок?
— А не слишком ли ты, пап, преувеличиваешь?
— Я знал, что ты так скажешь, — добродушно проворчал Сет. — Главное, ты теперь дома.
— Где Билли? — снова спросил Мосс.
— В Санбридже. В последнее время она не в лучшей форме, так что ты с ней полегче. Мне неприятно тебе говорить, но ты показал себя не очень хорошим скотоводом, когда выбирал эту телочку. Жаль, что мы, мужчины, не можем сначала испытать их. У меня были такие же неприятности с твоей матерью. Кажется, чем утонченней порода, тем труднее они переносят беременность. Подумать только, я видел мексиканских крестьянок, которые рожали на обочине дороги и сразу шли обратно в поле.