— У нас более чем достаточно еды, муж мой, — заверила его Майда. — Урожай в этом году был хороший, а когда закончится мясо, норвежцы отправятся на охоту.
— Благодарю, — сказал Олаф. — Я счастлив, что мой брат доказал, что достоин свободы, поскольку он очень нужен нам дома. Наша мать заболела, и основная причина этого — беспокойство о пропавшем Вульфе.
Рейна отвела глаза. Она чувствовала себя виноватой из-за того, что отказалась вернуться и лечить Тору, но дом ее все-таки здесь, и здесь она намерена остаться.
Норвежцы сгрудились вокруг очага, чтобы согреться, а потом сели за стол, намереваясь поесть вволю, особенно горячей пищи, которой они не видели с тех самых пор, как покинули дом. Потом один из норвежцев, талантливый рассказчик, очаровал всех сагами о битвах пращуров. Уже полностью стемнело, когда гостям раздали волчьи шкуры, и Вульф с Олафом направились в кладовую.
— Как так вышло, что тебе выделили отдельную хижину? — спросил Олаф, когда они вошли в маленькое помещение.
Вульф тут же подошел к догорающему очагу и подбросил дров.
— Это кладовая Рейны. Как видишь, повсюду висят травы — сохнут. Я попросил разрешения использовать ее как свою личную спальню. А позже мне даровали свободу за то, что я помог отбить нападение на хутор Гаральда. Сражаясь, я узнал, что главарь нападавших — тот самый датчанин, который организовал набег и на наш хутор, именно он лишил жизни Астрид и нашу тетушку.
— Надеюсь, ты убил этого ублюдка?
— Конечно. — Вульф помолчал, а потом добавил: — И в этой битве Рейна спасла мне жизнь.
— Похоже, на землях датчан тебе скучать не приходилось. Полагаю, у тебя не возникнет сомнений, возвращаться ли с нами домой.
Перед мысленным взором Вульфа появилось лицо Рейны.
Он тряхнул головой, отгоняя наваждение.
— Никаких сомнений, брат. Расскажи мне о маме. Она и правда так больна, как ты говорил?
— Да, но я уверен: как только она тебя увидит, ее состояние улучшится. Она начала чахнуть вскоре после того, как вы с Рейной исчезли. Стала кашлять, и самочувствие ее все время ухудшается. Нужно убедить Рейну поехать с нами.
Вульф тяжело опустился на скамью.
— Олаф, Рейна не так давно вернулась к своей семье. У нее есть жених, которому не терпится соединиться с ней. Если ты хочешь убедить ее поехать с нами — что ж, желаю удачи.
Олаф расправил плечи.
— Тогда мы должны похитить ее. Рейну обязательно нужно привезти на наш хутор, если мы хотим спасти жизнь маме.
Вульф покачал головой.
— Брат, этого я не могу тебе позволить. Гаральд был добр ко мне. Я не стану платить ему за доверие неблагодарностью. Если Рейна поедет с нами, то только добровольно.
— Она никогда не согласится. — Олаф опустил голову на руки. — Я устал. Путешествие через море далось нам нелегко.
— Шкуры вон там, в сундуке. Бери, сколько хочешь, и ложись у огня. Завтра сходим в баню, если сможем добраться до нее через снежные завалы.
На следующее утро им все же пришлось разгребать снежные завалы, чтобы попасть в баню. И снег все еще падал.
— Похоже, какое-то время нам придется постоять на приколе, — заметил Вульф. — По крайней мере, ты будешь сытно есть и сладко спать, пока погода не улучшится.
— Я и так благодарен богам за то, что продержалась сносная погода, пока мы добирались сюда, — заявил Олаф. — Тор был милостив к нам.
— Боги обычно благосклонны к детям и дуракам, — пробормотал Вульф.
Два брата провели в бане целый час, один раз они, обнаженные, выскочили во двор и бросились в сугроб, чтобы освежиться, затем сломя голову забежали обратно. Почувствовав прилив сил, они оделись и направились к дому, намереваясь позавтракать.
Дом был забит людьми. Вульф удивился, как семейству удается управляться с таким наплывом гостей. Он повертел головой в поисках Рейны и, наконец, увидел ее у очага: она разговаривала с матерью. Должно быть, она почувствовала его взгляд, потому что повернула голову в его направлении. Их взгляды встретились на какое-то время, но затем Рейна отвернулась.
— Рейна на тебя злится? — спросил Олаф.
Вульф пожал плечами.
— Трудно понять, что она думает обо мне.
— Она идет к нам, — прошептал Олаф. — Я пока удалюсь, а ты постарайся помириться с ней. Не забудь, брат, нам нужны ее умения. Ты уж постарайся убедить ее поехать с нами.
И Олаф отошел к группе норвежцев, а Рейна присоединилась к Вульфу.
— Вы с братом говорили обо мне? — спросила она.
— Олаф восхищался щедростью твоего отца. С его стороны было очень любезно оказать такое гостеприимство моим соотечественникам. Не все датчане так приняли бы норвежцев в своем доме.