Глухой рык вырвался из его горла, когда он, шатаясь, подошел к ней.
— Ты сводишь меня с ума, женщина, — сказал он и лег рядом с ней.
Дикий порыв Вульфа можно было успокоить одним-единственным способом: он должен оказаться внутри Рейны, и немедленно.
— На тебе слишком много одежды, — пробормотал он, голос его охрип от желания.
Задрав сорочку, он стянул ее через голову Рейны и отшвырнул в сторону, ее толстые шерстяные чулки и башмаки тут же полетели в том же направлении. Он потянулся к ней, схватил за бедра, раздвинул ей ноги и, подняв ее над собой, одним мощным ударом вошел в нее.
Рейну охватило восхитительное чувство наполненности, и она опустилась ниже, вбирая в себя его целиком: ее пещерка мгновенно увлажнилась и приготовилась принять его. Они двигались как единое целое, их голод нельзя было утолить. Она стиснула ногами его чресла и стала раскачиваться, а он прижимал ее к себе, стараясь проникнуть еще глубже.
Рейна не осознавала, как сильно она скучала по Вульфу, как по-прежнему отчаянно хотела его, нуждалась в нем. Мысли ее разбежались, когда Вульф поднял голову, взял в рот ее сосок и стал посасывать его, потом взялся за другой. Она почувствовала в груди томление, которое мгновенно достигло ее чрева. Кровь громко стучала у нее в висках, предвещая пик удовольствия, а внутри нее полыхало лютое пламя. Через несколько мгновений дикие судороги чуть не разорвали ее.
Впившись пальцами в ее бедра, Вульф резко подался вверх, грубые, безумные звуки вырывались из его горла, пока он, в свою очередь, огромными скачками приближался к вершине наслаждения. Она услышала, как он выкрикнул ее имя, и почувствовала, что он излился в нее. Мгновение спустя она рухнула на него, и их хриплые дыхания слились в одно.
Рейна так и осталась на нем. Она не представляла, что сказать этому могучему воину, владевшему ее сердцем, хоть оно ему было не нужно. Попытка отказать ему в том, чего хотели они оба, была бесполезной.
— Когда ты скажешь отцу, что едешь вместе со мной на мой хутор? — спросил ее Вульф, голос его прерывался: дыхание еще не восстановилось после сильного напряжения.
Рейна резко выпрямилась.
— С чего ты взял, что я поеду?
— Как ты можешь отрицать, что хочешь уехать, после всего, что произошло минуту назад?
— Я не буду твоей наложницей, Вульф. Больше никогда я не стану рабыней мужчины.
Вульф снял ее с себя.
— Я не просил тебя стать моей рабыней. Ты будешь нашей знахаркой, и к тебе станут относиться как к члену семьи.
— Ты это уже говорил. Но ведь ты захочешь, чтобы я согревала твою постель!
— А разве мы оба этого не хотим?
Рейна покачала головой.
— Ты упрямый человек, Вульф. Хокон уже давно мертв, Почему ты все еще жаждешь отомстить за смерть жены? Почему ты не можешь смириться с этой потерей и продолжать жить дальше? Если бы ты открыл глаза, то увидел бы, что находится у тебя под носом.
Вульф нахмурился.
— На что это ты намекаешь?
— Если ты сам не догадываешься, то говорить тебе ни о чем не стоит. Ты вовсе не глуп. Но что тогда не дает тебе увидеть во мне не только рабыню или любовницу?
Вульфа эти слова поставили в тупик.
— Я вижу в тебе лекаря и воительницу, прекрасную Валькирию.
Рейна в отчаянии скрипнула зубами.
— А видишь ли ты во мне жену?
Молчание Вульфа было весьма красноречивым. Рейна встала и потянулась за одеждой: ей неожиданно стало холодно.
— Тебе пора идти. Следует догнать охотников. Они могут решить, что ты попал в беду.
Вульф тоже поднялся и начал одеваться.
— Они по мне скучать не станут.
Они одевались, не проронив ни слова. Рейна закончила первой и подождала, пока Вульф заберет охотничий нож и уйдет.
Вульф подошел к двери, остановился и посмотрел на Рейну.
— Меня не устроит твой отказ, Рейна. Ты слышала слова Олафа. Моей матери нужно твое умение, а мне…
Слова застряли у него в горле.
Рейна не позволила разжалобить себя.
— Прощай, Вульф. Сомневаюсь, что мы еще раз окажемся наедине, пока ты и твои соотечественники здесь. Лед во фьорде уже тает, а в воздухе пахнет весной.
Окинув ее долгим и тяжелым взглядом, Вульф открыл дверь и выскочил во двор. Рейна сразу обмякла. Как долго человек может злиться? Как долго жажда мести будет руководить им? И хотя она станет отчаянно скучать по Вульфу, она не оставит свою семью ради неизвестного будущего, ради мужчины, который по-прежнему считает ее своим врагом.