- У нас тут что, заседание женсовета при полном кворуме? – поинтересовался Станислав Борисович, нахмурив брови.
- Никак нет! – отрапортовала ординаторка, по-военному приложив руку к медицинскому колпаку. - Готовимся к утренним инъекциям! Другие приказания будут?
А ведь раньше молчала как рыба. Интересно, кто она по знаку Зодиака? Тьфу! Глупости какие антинаучные в голову лезут...
- А Маргарита Васильевна и Ангелина Михална к утренним инъекциям какое отношение имеют? – поинтересовался Дежнев у зарвавшейся (или завравшейся) Зуевой.
- Способствуют повышению морального духа! – продолжила Татьяна в том же стиле.
Вид лихой и придурковатый был нарушен сползшими на нос очками, которые хозяйка поправила изящным жестом выставленного среднего пальца. Вроде и не оскорбила. А так, показала, что и как она клала на его недовольный вид. Возможно, даже непроизвольно. Но очень удачно.
- Арбайтен, девочки, арбайтен! – скомандовал Стас, громко хлопнув в ладоши, отчего три девицы на кушетках словно выпали из прострации. – У нас тут не санаторий!
- А концлагерь, - тихо пробурчала под нос ординаторка.
- Что? – переспросил Дежнев с намеком.
- А больница, - с дебиловатой улыбкой исправилась Татьяна. Коза драна.
- То-то же, заключенная Зуева. А теперь - все по рабочим местам! Вас там под дверью женщины ждут, не колоты. А вы лясы точите и плакаты по стенам развешиваете. Совсем я вас распустил! – посетовал Стас и, пользуясь тем, что все на рабочих местах, вернулся в ординаторскую.
Он вынул из ящика листок. Помедитировал. Кто из четырех? Ангелина оказалась не такой дурой, как казалась. С другой стороны, начитанность – еще не ум. Особенно, начитанность гламурными журналами. Хочет? Хочет, еще как. Глазки закатывала, сиськи выкатывала и вообще подкатывала. Наверное, видит в Стасе того самого «папика». Конечно, теперь, когда платная медицина открыла для специалистов возможность подработать, Дежнев не перебивался с хлеба на воду. Но, по его скромным расчетам, потребности Гели он покрыть бы не смог. Ни сексуальные, ни материальные. Понимает ли это Геля? Вопрос. В том числе, об ее интеллекте. Не исключено, что Ангелина на нем просто разминается перед борьбой за золотые медали. В смысле, бриллиантовые колечки. Поэтому, хочет-то хочет. Но чего?
Маргарита. Агрессивна, импульсивна, темпераментна. Может? Может. И юмор есть. Хоть и специфический. Если она, то вряд ли с серьезными намерениями. Так. Яд сцедить. Уж лучше на бумагу, чем на кухонный ножик, а потом им и приласкать… М-да. Вариант рабочий.
Татьяна. Пожалуй, она – главный претендент. Точнее, была бы, если бы проявляла к Стасу хоть какой-то интерес. Но идея любопытная. Девочка с потенциалом лидера. Вон как быстро отреагировала на опасность в его лице. Пока остальные спрятались за воображаемым кустиком и трясли хвостиками, эта отлаялась за всех. Напоследок еще и за ляжку цапнула. Для профилактики. Может, однозначно. Только оно ей надо?
Ольга? Вряд ли. У этой материнский инстинкт гипертрофированный. Впрочем, женщины – непредсказуемы. А женская логика рациональными методами необъяснима. Возможно, это всё проявление заботы. Мол, не волнуйтесь, девочки, ничего страшного в мужчине-гинекологе нет. Забота о будущий мамочках. Шарфик надел? Обед скушал? Теплые носочки не забыл? Бабу поимел? Нет? Нехорошо. Для здоровья необходимо. Желательно пару раз в неделю. Но хотя бы раз. Очень такая… забота. Правда, тезис о «групповухе» в эту картину не укладывается. Но отбрасывать не будем. Пусть живет.
Итого. Ху из ху, пока не понятно. Но интересно.
Станислав Борисович еще раз взглянул на листок и подумал, что всё-таки палку перегнул. Но вымарывать не стал. Что уж. Однако ниже дописал: «А вы мужчину с какой стороны предпочитаете?» Потом подумал, и дописал ниже свой сотовый. Ожидание по полдня напрягало. Убрал листок в ящик и занялся картами новеньких.
8.
- Вы как хотите, а я побежала, - отмерла Марго, когда дверь за Дежневым захлопнулась. – А то СтасБорисыч нам щаз тотальный холокост устроит.
Она подскочила с кушетки, как теннисный мячик от корта.
- Холокост – это же когда евреев, - проявила эрудицию Оленька.
- Я тебя умоляю, - Маргарита развела поднятые ладони от себя вниз. – Когда зав в таком настроении, у него все евреи, кроме Фриды Марковны.
И подорвалась по делам.
- Гель, ну что там с мужичиной рядом? – жалобно попросила Оля.
- Это мужчина-партнер. Но здесь такие не водятся, - она подмигнула. – Всё, девчонки, пока. Увидимся!
Она сделала «чмоки-чмоки» и тоже упорхала. А в дверь заглянула первая беременяшка.